— Что это? Какой необычный шрам и какой хо лодный… — Внезапно в темных глазах блеснула до гадка, и парень негромко охнул.

— Да, это правда. Джеймс меня укусил.

Джейк остолбенел, смуглая кожа приобрела жел товатый оттенок — похоже, его сейчас вырвет.

— Но если он тебя?.. Разве ты не?..

— Эдвард спас меня дважды! — прошептала я. — Он отсосал из ранки яд, ну, как после гремучей змеи. — Я вздрогнула: зияющие в груди дыры полоснула боль.

Увы, дрожала не я одна: огромное тело Джейкоба сотрясалось в конвульсиях.

— Спокойно, Джейк, расслабься!

— Да… — простонал парень. — Спокойно… — Он закачал головой, и через минуту лишь руки подрагивали.

— Ты в порядке?

— Почти. Расскажи что-нибудь еще, чтобы я отвлекся.

— Что ты хочешь услышать?

— Ну, не знаю. — Пытаясь сосредоточиться, он зажмурился. — Что-нибудь интересное. У других Калленов есть… хм-м, дополнительные способности? Вроде умения читать чужие мысли?

Я замялась: подобные вопросы задают шпионам, а не друзьям. Хотя какой смысл скрывать то, что знаю? Калленам это уже не навредит, зато Джейку поможет удержать себя в руках.

Перед глазами стояло изуродованное лицо Эмили, а на затылке зашевелились волосы. Невозможно представить, во что превратит машину рыжевато-коричневый волк. Да юный Блэк весь гараж разнесет!

— Джаспер умел… менять настроение окружаю щих. Не в плохую сторону, а, наоборот, успокаивать.

Полу бы это очень помогло, — пошутила я. — А Элис видела будущее, хотя и не совсем точно. Ее предска зания не сбывались, если люди меняли свое поведе ние. Например, она видела меня мертвой… а потом, что стану такой, как они. Эти два предсказания не исполнились, а одно не исполнится никогда.

Голова сильно закружилась: в воздухе не хватало кислорода. Легкие не справлялись.

Джейкоб окончательно пришел в себя и сидел спокойно.

— Зачем ты это делаешь? — спросил он, потянув меня за руку, которая судорожно стиснула грудь. Надо же, закрыла раны машинально, бессознательным движением. — Ты сидишь в такой позе всегда, когда сильно расстроена. Из-за чего?

— Очень больно о них вспоминать, — прошептала я. — Будто в горле судорога… Будто грудь на части рассыпается… — Удивительно, какую откровенность я позволяла себе рядом с Джейкобом. Секретов между нами не осталось.

Джейк пригладил мои волосы:

— Все в порядке, Белла, все в порядке. Зря я об этом заговорил! Прости…

— Ничего страшного, — выдохнула я. — Такое случается сплошь и рядом. Ты не виноват.

— Сумасбродная мы пара, верно? — усмехнулся Джейкоб. — Оба не в состоянии держать себя в руках.

— Да уж, обхохочешься… — хрипло согласилась я.

— По крайней мере, мы друг у друга есть… — проговорил Джейкоб, успокоенный такой мыслью.

Я тоже успокоилась.

— Да, по крайней мере, это.

Рядом с ним было хорошо и уютно, но Джейкобу приходилось нести страшную и очень опасную службу, так что я часто оставалась в Ла-Пуш одна, а занятия, способного отвлечь от тревожных мыслей, не находилось.

Целыми днями торчать в доме Билли было неловко, и я стала готовиться к контрольной по матанализу, которая ожидалась на следующей неделе. Но разве надолго математикой отвлечешься? Пыталась я и проявить хоть минимальную общительность: завести разговор с Билли. Увы, мистер Блэк не отличался умением заполнять долгие паузы, и гнетущее молчание продолжалось.

Для разнообразия в среду я поехала к Эмили. Сначала все шло хорошо. Невеста Адли оказалась очень светлым человеком и ни секунды не сидела на месте. Я едва за ней поспевала: хозяйка порхала по крошечному дому и дворику, скребла безукоризненно чистый пол, выдирала микроскопические сорняки, смазывала дверные петли, пряла шерсть за древним ткацким станком и постоянно готовила. Хотя Эмили полушутя жаловалась на возросший аппетит мальчиков, было ясно: забота о них ей не в тягость.

Рядом с этой девушкой время летело быстро и незаметно, тем более что мы обе стали подружками волков.

Но через несколько часов пришел Сэм, и, удостоверившись, что плохих новостей нет и с Джейком все в порядке, я тотчас уехала. Аура счастья и любви, которую они излучали, воспринималась еще тяжелее, когда ее никто не рассеивал.

Так я и попала на пляж.

Одиночество оказалось гнетущим и неприятным. Благодаря полной откровенности, установившейся между мной и Джейкобом, в последнее время я только и говорила, что о Калленах. А сейчас, о чем бы ни пыталась думать — а забот накопилось немало: Блэк и его братья, Чарли, искренне верящий, что охотится на обычных волков, отношения с Джейкобом, все сильнее сбивающиеся с намеченного курса, собственная нерешительность, — ни одна из этих заслуживающих внимания проблем не ослабляла боль в груди на более-менее продолжительный срок.