Странница уходила с утра – хотела по снегу, уже подтаивавшему, успеть добраться до ближайшей деревни. Нортон коммандер, то есть Фар, нагруженный приличных размеров рюкзаком, смирно стоял в сторонке, изображая приветливую кротость. Лиасс прощался со Странницей, тоже изображая много чего, однако существенно убедительнее. Гарвин кривил губы в весьма гадостной улыбке, способной изуродовать даже сказочную красоту эльфов.

– Ты чем-то недоволен, Гарвин? – не выдержал наконец Лиасс. – Изволь быть почтительным с нашей гостьей.

Гарвин отвесил подобающий поклон.

– Прости, Светлая, у меня и в мыслях не было выказывать тебе непочтительность. Ты очень славная женщина. Просто я не понимаю, зачем твой спутник засоряет наши колодцы.

– Колодцы? Засоряет? – удивилась Странница. – Фар? Чем?

– Да вот, – Гарвин подал ей небольшой то ли сверточек, то ли мешочек. – Мне ты, возможно, и не поверишь, только видели это охранники Владыки. Они готовы даже к допросу мага, если тебе будет угодно.

Странница помолчала, раздумывая.

– Вы следили за нами, Владыка?

– Не за тобой, Светлая, – поклонился Лиасс, – но за твоим спутником. На всякий случай. Очень уж он эльфов не любит. Руки моет, случайно прикоснувшись к кому-то, например… Даже, прости, от бани отказался, лишь бы не рядом с нами. Вот я и приказал своей охране за ним присмотреть. Гил, доложи.

– Вчера ночью, через два часа после полуночи, он украдкой пробрался к колодцу рядом со стройкой и что-то в него бросил, – бесстрастно доложил главный Ленин телохранитель. – После этого вернулся в дом. Гвардейцу сказал, что выходил по нужде, живот прихватило после обильного ужина, а потом прогулялся, чтобы освежиться. Диран спустился в колодец, достал это и отнес Милиту. Кроме нас двоих это видел Далин.

– И ты готов даже к допросу мага? – склонила голову набок Странница. – Мага-человека?

– Готов, – не дрогнул эльф. – Мне нет нужды лгать, Светлая. Для нас он не опасен. Но он опасен для тебя.

– Фар, а ты готов к допросу мага? – спросила Странница, слегка подрастеряв свою приветливость. Даже, пожалуй, с угрозой спросила. Тот отчаянно затряс головой. – Что это за сверток?

– Интересный материал, – сказал Милит. – Через несколько дней он растворился бы в воде и вот… – Он вспорол ткань. Завоняло так, что Лена даже шарахнулась. – Полуразложившийся труп животного.

– Здорово, – присвистнул Маркус. – Странница уходит, а через несколько дней эльфы вдруг начинают болеть… или умирать. Что все подумают, Светлая? Где ты только такого прохиндея нашла?

– Допросите его, – вдруг приказала Странница. – Кто тут наиболее сильный маг, ты, Владыка?

– Наиболее сильный – я, наиболее умелый в допросах – Кавен.

– Допросите его.

– Светлая, – слегка озадачился Гарвин, – это имеет слишком уж тяжелые для человека последствия.

– Это уже моя забота, эльф, – отрезала Странница. Ага. Значит, избавление от последствий допроса мага – вовсе не Ленино изобретение. А поделиться не могла, стерва такая…

Фар пятился. В ужасе. Знал он, что такое допрос мага и что не станет Светлая его исцелять, ежели он вдруг действительно виновен. Далеко упятиться ему не дали лучезарно улыбавшиеся эльфы. Так, наверное, людоед сияет перед потенциальным ужином. Уперевшись рюкзаком в эти улыбки, Фар рухнул на колени и взмолился:

– Будь милостива, Светлая! Я все скажу и так, не надо магов!

– Что это за тварь?

– Крыса… Чумная крыса, Светлая.

– Зачем? Зачем, Фар?

– Эльфы! Они мерзки! Они… они убийцы, Светлая. Они убили мою жену, и пусть я ее не любил, но жизни-то она была достойна… Пусть они все умрут, все равно никто никогда на тебя не подумает! Этот материал растворится не через несколько дней, а через несколько недель, и тогда…

– Вот дурак, – прокомментировал Милит, – даже не соизволил поинтересоваться, болеют ли эльфы чумой.

– Люди болеют, – добавил Гарвин. – И умирают. Вымирают даже. Вот, например, посол. Или Карис. Или Аиллена.

Стена эльфов стала гранитной. Лучезарные улыбки растаяли, как не было. У всех моментально появилось выражение лица черных – непроницаемая готовность ко всему. И не посла ведь им жалко, и даже не Кариса. Странница покачала головой.

– Догадывалась я, что ты в некотором роде мерзавец, да думала, что мерзавец ручной, а оказалось такой, что дальше некуда… Ты сестру мою решил убить? Светлую? Отравить воду…

– Не отравил бы, – хмыкнул Гарвин. – Мы предусмотрительные. Не он первый готов бросить дохлую крысу в колодец эльфов. Там, Светлая, частая решетка, которую регулярно проверяют. Особенно если в Тауларме посторонние.

– Жаль, – искренне сказала Странница, – а то я б его в этом колодце утопила. Что вы будете с ним делать, эльфы?

– Это твой спутник, Светлая, – поклонился Лиасс. – Тебе и решать.

– Мне? Ну спасибо, Владыка. Снимай мешок, Фар. И не бойся. Я просто отведу тебя в мир, где нет эльфов. А люди есть, ты не бойся. – Она схватила мужчину за руку и пропала. Наверное, Лена исчезала так же.