Шрифт:
— А ведь это ты нашел доктора, который посоветовал обратиться к Уидерингу.
— Отлично. Значит, есть основание освободиться от чувства вины за то, что год назад, после злосчастной дуэли, ты спас мне жизнь.
Герцог Вильерс вышел на залитое утренним солнцем крыльцо и остановился, размышляя о трех герцогских дочках с именами королев.
Глава 31
Два месяца спустя
Середина июня 1784 года
Весь Лондон с энтузиазмом обсуждал благотворительный костюмированный бал, который герцогиня Бомон давала в пользу реставрации римских терм. Ходили слухи, что присутствовать на празднике будут четыре герцогини, а возможно, и сам король. Разумеется, гости должны явиться в античных нарядах.
Миссис Могг и ее приятельницы дежурили у калитки старого парка с раннего утра.
На их глазах десятки лакеев пронесли бесчисленные цветочные гирлянды.
— Не иначе как будут украшать деревья, — важно заметила миссис Могг. — Когда герцогиня давала бал в Париже, то поступила именно так. Тогда муж и жена жили отдельно, — пояснила она. — Герцогиня уехала во Францию, а герцог остался здесь. Но потом она вернулась, и любовь вспыхнула с новой силой, как в сказке.
— Она играет в шахматы лучше всех в Англии, — вступил в разговор мистер Могг. В свое время он обнаружил, что если не разделит всепоглощающего интереса дражайшей половины, то и поговорить будет не о чем, и постепенно тоже стал экспертом — в своей сфере.
— Нет, здесь вы ошибаетесь, — горячо возразил один из любопытных. — Лучший шахматист королевства — герцог Вильерс. Недавно даже в газетах писали, что в Лондонском шахматном клубе он считается игроком номер один.
— Но это исключительно из-за того, что герцог и герцогиня отказываются играть решающую партию: не хотят выяснять, кто из них сильнее, — с видом знатока вставила миссис Могг.
— Почему же они никак не сыграют? — уважительно, как и положено разговаривать с личной знакомой герцога, поинтересовался кто-то.
— Думаю, всему виной любовь, — предположила миссис Могг. — Они же влюблены друг в друга. Она зовет его по имени, сама слышала: Элайджа. Да, просто Элайджа.
— А что, сегодня гости действительно приедут одетыми в простыни? — недоверчиво уточнил человек с блокнотом в руках. — Я пишу для «Морнинг пост», мадам.
— Насколько мне известно, да, — кивнула миссис.
Надо заметить, что среди светских особ оказались и те, кто воспринял приказ облачиться в тогу как истинную анафему. Маркиза де Пертюи, например, получив приглашение, вздрогнула и в сердцах бросила карточку в камин. Бесформенное белое покрывало не представляло для нее ни малейшего интереса. К тому же она собиралась вернуться в Париж. Анри не приезжал и даже не писал, и Луиза решила шокировать супруга (а заодно и весь французский двор) новыми смелыми платьями в стиле сорочки.
Лорд Корбин тоже испытал немалое раздражение. Разве можно, скажите на милость, надеть к тоге приличный парик? И что делать с обувью? Древние римляне ограничивались грубыми сандалиями, из которых, пардон, пальцы торчали! Дело закончилось тем, что вместо бала он отправился в оперу.
И все же значительная часть бомонда оказалась и смелее, и любопытнее Корбина.
— Но ведь тога держится только на одном плече! — пожаловалась Роберта, графиня Гриффин. — О чем только Джемма думает? Что, если наряд свалится во время танца?
Деймон, брат герцогини Бомон, поцеловал жену в то плечо, на котором тога не держалась.
— Должно быть, исключительно о том, что ты будешь выглядеть поистине сногсшибательно! — предположил он.
Герцог и герцогиня Бомон прибыли первыми, что казалось вполне естественным, поскольку они и давали бал.
Спустя еще пару часов старинный сад наполнился римскими патрициями и похожими на античные статуи дамами. Деревья скрылись за цветочными гирляндами и нитями жемчуга, повсюду, даже в самых дальних уголках, мерцали небольшие фонарики.
— Полный и абсолютный триумф, — шепнул Элайджа.
Джемма гордо улыбнулась:
— Король сказал, что собирается лично проследить за реставрацией. Отныне термы считаются национальным достоянием.
Герцог нежно обнял жену за плечи.
— Немного жаль, конечно, терять наш тайный уголок, но его величество прав. Мозаика нуждается в бережном уходе.
— Знаю, — согласилась Джемма и с удивлением добавила: — Но почему ты так хитро улыбаешься?
Элайджа прикоснулся губами к ее волосам.