– Нет. Это в самом деле потрясающе! – с чувством ответил Крикс, не отрывая глаз от статуи.

Димар негромко рассмеялся.

– Все. Теперь ты можешь со спокойной совестью вернуться в Академию. Готов поспорить на десяток ассов, там никто и не заметит, что ты ненадолго выходил.

Но Крикс уже вошел во вкус их недозволенной прогулки и меньше всего хотел слоняться по Лакону, не зная, чем себя занять.

– Может, я еще чуть-чуть пройдусь с тобой по городу? – спросил он у Дарла, надеясь, что тот не станет призывать его к благоразумию и советовать вернуться в Академию.

– Да хоть до самой Разделительной стены, – беспечно согласился Дарл. – Если, конечно, не боишься, что тебя накажут за отлучку.

– Не боюсь, – заверил Крикс. В этот момент это его действительно не слишком занимало. Он и сам не понимал, как еще полчаса назад мог волноваться из-за подобной ерунды.

Поначалу он напоминал себе, что нужно запоминать дорогу, чтобы не заблудиться на обратном пути, но улица сменялась улицей, а переулок – переулком, и беседа с Дарлом отвлекала слишком сильно, чтобы обращать внимание на повороты и запоминать приметные дома. Когда он впервые осознал, что не найдет обратную дорогу, когда будет проходить здесь без Димара, Крикс по-настоящему встревожился. Но ненадолго. Если уж на то пошло, то в первый раз, когда он шел на площадь Четырех дворцов, то разбирался в этом еще хуже – просто спрашивал прохожих, куда следует идти. И ничего, добрался же.

Они действительно дошли почти до самой Разделительной стены, за которой начинался Нижний город, и Крикс уже начал думать, уж не собирается ли Арклесс именно туда, когда Димар внезапно перебил очередной рассказ на полуслове и вздохнул:

– Ну вот и все. Улица Старой липы. Мне сюда. Ты как, найдешь дорогу в Академию?…

– Ну да, – самоуверенно заметил Крикс.

– Тогда удачи. Встретимся в Лаконе.

Крикс почувствовал, что его новому знакомому не терпится остаться одному. Он не стал спрашивать, какое дело привело Дарла на улицу Старой липы, потому что по его лицу было заметно, что он совершенно не настроен это обсуждать. Кроме того, именно сейчас Димар как будто бы немного тяготится обществом попутчика.

Крикс нисколько не обиделся. В конце концов, он был обязан Дарлу потрясающей прогулкой – а дела Димара его совершенно не касались. Может быть, на этой улице жил кто-то из его родных.

Махнув рукой, он развернулся и быстрым шагом направился вверх по той самой улице, по которой они только что спускались с Дарлом, прикидывая про себя, хватятся ли его в Лаконе до того, как он вернется, – или можно будет сделать вид, что он все это время находился в Академии.

В конце улицы он обернулся, чтобы еще раз взглянуть на Дарла, если тот еще не успел зайти в какой-нибудь дом. И увидел, как Арклесс, склонившись, шарит в каменном желобе, спускавшемся вдоль улицы и предназначенном для стока дождевой воды – а также для того, чтобы вода смывала туда грязь и мусор с мостовой. Правда, эту удивительную картину он мог наблюдать только одно мгновение, потому что Дарл почти сразу распрямился, прижимая к боку нечто, вытащенное из сточной канавы, и нырнул в ближайший переулок.

Крикс напомнил себе, что все это его совершенно не касается. Потом еще немного постоял, нетерпеливо обводя носком сапога выбоину на мостовой. И наконец, решившись, быстрым шагом возвратился на то место, где расстался с Дарлом.

Он свернул в тот же проулок, где исчез Димар, и обнаружил, что вся улица пуста. Если бы не случайный шорох из ближайшей подворотни, он бы обязательно решил, что Дарл успел уйти, или, возможно, постучался в дверь одного из домов на этой улице и зашел внутрь. Но сейчас Крикс понял, что его знакомый предпочел свернуть в узкую щель между домами и стеной – и, подойдя поближе, осторожно заглянул туда.

Он ожидал увидеть все, что угодно, но только не Димара, быстро переодевающегося в какие-то лохмотья. Вытащенный из канавы предмет оказался тугим свертком, из которого он отработанным движением достал сперва холщовые штаны, а после и рубашку из такого же белесого, некрашеного полотна. Лаконская одежда так же быстро была стянута в небольшой узел, который Дарл без всякого почтения затолкал ногой в самый темный угол у стены.

Поняв, что Арклесс сейчас выйдет, Крикс поспешно спрятался за угол дома. Он по-прежнему не понимал, что происходит, но не сомневался, что Димару – что бы тот не собирался делать – его любопытство не понравится.

Правда, ему самому происходящее тоже нравилось все меньше.

Осторожно выглянув из-за угла, он увидел, как Димар совсем другим, пружинистым и легким шагом направляется к особняку, стоявшему чуть в стороне от остальных домов. Даже по меркам Верхнего города он выглядел достаточно красивым. Игнорируя массивную, окованную бронзой дверь с привешенным на скобе молоточком, Арклесс обошел особняк сбоку и на несколько минут пропал из вида. Дом стоял почти вплотную к Разделительной стене, так что выйти на другую улицу с противоположной стороны Димар никак не мог. Крикс ждал, что будет дальше, уже точно зная, что случится что-то необычное.

Но когда он увидел, как Димар, рискуя свернуть себе шею, перебирается с ребра стены на каменный карниз, тянувшийся вдоль фасада здания, то с трудом подавил желание протереть глаза – слишком уж это было похоже на нелепый и сумбурный сон. Сперва он испугался, что Димар сорвется и все-таки упадет, но тот довольно ловко перебрался по карнизу до второго от торца окна, и, несколько секунд поколдовав над ставнями, забрался внутрь. Все эти манипуляции заняли так мало времени, что через полминуты никакому прохожему, случайно появившемуся на этой сонной улице, и в голову бы не пришло, что здесь только что происходило что-то необычное.