Пока такси мчалось в Рим по автобанам и скоростным трассам, в голову Энрико закралась мысль, что он допустил ошибку. Не лучше ли было искать разгадку тайны, которая укрывала его, словно густой туман, в маленькой деревне Борго-Сан-Пьетро, а не в большом Риме? С каждым километром он удалялся от места, которое его интересовало. Он уже решил было остановить таксиста и отправиться обратно в аэропорт, чтобы ближайшим рейсом вылететь в Пизу. Но потом вспомнил о кардинале Сальвати, которого Церковь истинной веры выбрала антипапой. Он, как и мать Энрико, тоже был родом из Борго-Сан-Пьетро. Еще одна случайность или в этом есть какая-то связь? Собственно, и Елена занималась сбором информации об антипапе, а Рим и Ватикан — это центр католической церкви. «Может быть, окольный путь приведет быстрее к цели», — подумал Энрико, откинувшись на спинку сиденья, и попытался расслабиться.

Он спрашивал Елену, почему Александр Розин не поехал в Пешу. Она упомянула о чем-то важном в расследовании двух убийств священников, которые произошли в Риме и в Албанских горах. А спустя некоторое время в Тоскане священник сам стал убийцей и потом наложил на себя руки. Еще одним странным совпадением больше, если это было совпадение.

Перед Энрико из серой дымки показались очертания Рима, но он закрыл глаза и вспомнил о фразе, которую прочитал у Фридриха Хеббеля: «Случайность — загадка, которая определяет судьбу человека». Энрико твердо решил разгадать эту загадку.

Когда он снова открыл глаза, такси проезжало мимо уродливых многоэтажек обычного пригорода, с унылым видом которого не могла сравниться даже погода. Когда Энрико раньше думал о Риме, он представлял его совсем другим: площадь Святого Петра и Кастель Сант-Анджело, Колизей и фонтаны Треви, Одри Хепберн и Грегори на своем мотороллере. Он улыбнулся от этих мыслей. Несмотря на то что в его венах текла стопроцентная итальянская кровь, он никогда не бывал в Риме и знал этот город лишь по фильмам и картинкам из отрывного календаря. В начале третьего тысячелетия в молниеносно меняющемся и рассыпающемся на куски мире Энрико не ожидал увидеть Рим таким, каким он был в его мечтах и на почтовых открытках.

Но вдруг картина изменилась. Такси ехало по улицам вдоль впечатляющих старых домов, которые перемежались с античными руинами. Теперь у Энрико действительно появилось ощущение, что он наконец-то в Риме. По автомобильному движению он понял, что его окружает другая культура.

Энрико в мыслях уже несколько раз жал правой ногой на воображаемый тормоз, но водитель такси прокладывал путь, агрессивно вращая руль и сигналя.

Фасад дома на Виа-Каталана, в котором жил Александр Розин, был узким, без лишних украшений. Ближайшие дома, казалось, подперли его боками с обеих сторон. Энрико достойно заплатил водителю за проезд и попросил передать записку в «Мессаджеро». Уже после первого звонка раздался сигнал, и входная дверь открылась. Держа дорожную сумку в левой руке, Энрико прошел в парадное. Напрасно он искал лифт — наверное, для него это здание было просто слишком тесным. Энрико, пыхтя, поднимался по узкой лестнице и чувствовал, как его ноги постепенно тяжелеют. Но это было не из-за лестницы, а лишь от мысли, что сейчас на четвертом этаже он встретится с Александром Розином.

Перед дверью в квартиру Энрико еще раз отдышался и только хотел нажать кнопку звонка, как дверь сама распахнулась. Энрико увидел на пороге рослого мужчину с выдающимся вперед подбородком, темно-рыжими, слегка вьющимися волосами и выразительными глазами и с легкостью представил, как Елена могла в него влюбиться. К сожалению.

Владелец квартиры улыбнулся и произнес на немецком:

— Добро пожаловать в Рим, герр Шрайбер! Меня зовут Александр Розин. Проходите! Сначала я сварю нам кофе. С дороги он наверняка придется вам по вкусу.

«Он еще и очень милый!» — подумал Шрайбер.

Энрико последовал вслед за Розином в маленькую уютную кухню, где и поставил свою дорожную сумку. Розин занялся кофеваркой, потом обернулся к нему и произнес:

— Мы едва знаем друг друга, но Елена так много мне о вас рассказывала, что я предложил бы вам перейти на «ты».

— Да, конечно, — чуть замявшись, ответил Энрико, которого Александр покорил своим обаянием. «Неужели Елена поручила Александру быть особо обходительным со мной?»

— Энрико, может, расскажешь мне о своих приключениях в Тоскане, пока я буду варить кофе?

— Для этого я сюда и приехал. Но тебе, кажется, уже все известно от Елены. Лучше спроси сам, что тебя интересует.

— Договорились. — Александр кивнул и начал задавать вопросы, которые касались того времени, когда Елена была без сознания. Особенно бывшего гвардейца интересовал отшельник и его чудодейственные способности. Когда Александр налил кофе, Энрико задал ответный вопрос:

— Можно ли сопоставить удивительные способности отшельника с такими же необычными силами понтифика?

— В общем, да, — ответил Александр и снова присел за маленький кухонный столик. — Меня больше интересует вопрос, откуда у Анджело этот целительский дар. — Увидев, как Энрико слегка покачал головой, он спросил: — Что ты об этом думаешь?

— Мы оба взрослые люди, отнюдь не дураки, и вот сидим сейчас здесь и разговариваем о таинственных силах целителя так же естественно, как о погоде.