Танцуя с невестой, Джордан спросил, целуя Айви в волосы:

— Счастлива?

И Айви с чистым сердцем ответила:

— Невероятно счастлива.

Впрочем, вечер не обошелся без неприятных сюрпризов. Когда к ним подошел дворецкий и сообщил Айви, что ее желает видеть отец, Айви сначала не поняла, о ком речь. Джордан, зная, что отец Айви умер два года назад, решил выяснить, в чем дело. Айви отозвала свою мать в сторонку — ее реакция на эту новость была ошеломляющей: сначала Айви испугалась, что Саша потеряет сознание, а затем мать пришла в ярость:

— Этот гаденыш Дик! Да как он посмел!..

Выяснилось, что мать говорит про брата отца Айви, по ее словам, жадного подонка. Он наверняка явился затем, чтобы урвать хоть какой-нибудь кусок, узнав о помолвке племянницы и Джордана Пауэлла. Айви и не знала, что у нее есть дядя…

Но Айви пришла в еще больший шок, когда увидела этого мужчину, особенно заглянув в его зеленые глаза, которые словно отражали ее собственные — отрицать их несомненное сходство было глупо. Представившись, Дик откровенно заявил, зачем пожаловал. Как Саша и сказала, за деньгами, иначе вслед за объявлением о помолвке последует очередная сенсация.

— Ты ничего не получишь! — в ярости прошипела Саша. — Теперь, когда Роберта нет, мне не нужно щадить его чувства!

— Бедняга Роберт, — ухмыльнулся Дик. — Ведь после войны он не мог иметь детей. Пришлось ему признаться, что ребенок не от него?

— Мне скандал не нужен, — вполголоса произнесла Нони сыну и не удержалась: — Я же предупреждала, что три месяца — это недостаточный срок, после которого можно объявлять о помолвке.

— У каждого из нас есть свои скелеты в шкафу, — спокойно возразил ей Джордан и предложил обговорить все в библиотеке.

Айви молча следовала за процессией из пяти человек, возглавляемой Нони Пауэлл.

Когда все устроились в библиотеке — огромной комнате с рядами книжных шкафов, уставленных книгами от пола до потолка, — Джордан предложил Саше рассказать все, как было. Затем он перевел взгляд на Айви, которая с трудом заставила себя поднять на него глаза, обуреваемая противоречивыми чувствами. Это был и шок, и стыд, и невольное чувство вины, хотя умом Айви и понимала, что ей нечего стыдиться и не в чем чувствовать себя виноватой, раз все произошло до ее рождения.

Из рассказа Саши следовало, что биологическим отцом Айви — в чем уже вряд ли кто сомневался — являлся Дик Торнтон, но то было изнасилование. Дик Торнтон, разумеется, стал это отрицать, но Джордан спокойно и в то же время властно заставил его замолчать.

В то время Саша с группой молодых студентов и студенток, бежав из города, от оков общества, в поиске самовыражения, жила в полуразрушенном доме — в том самом, в котором сейчас живет Айви. Жили они впроголодь, учась и одновременно подрабатывая, чтобы оплатить учебу. Именно потому, что жили студенты нелегально, Саша из страха, что их всех выселят, не стала подавать в суд. Но возможно, именно потому, что с юного возраста они привыкли полагаться только на себя и друг на друга, все они достигли успеха в жизни. В этом месте своего рассказа Саша с гордостью перечислила несколько имен, явно намекая на то, что Пауэллы могут это проверить, чтобы убедиться в правдивости ее слов.

Роберт тогда вернулся с Вьетнамской войны. «Эта война никому не была нужна, — с горечью говорила Саша, — и ничего не принесла, кроме смертей и покалеченных душ: то, с чем сталкивались там солдаты, умалчивалось».

Никто не желал помогать в обустройстве вернувшихся с войны, которым к тому же невероятно тяжело давалось это возвращение к мирной жизни.

Роберт нашел в себе силы продолжать жить, хотя никому неизвестно, чего ему это стоило.

— Ты все сделал, чтобы убедить Роберта, будто деньги, которые хотели оставить ему родители и на которые он хотел купить землю, чтобы заняться фермерством, ему не нужны! — Огонь ненависти загорелся в глазах Саши, когда она сверкнула ими на Дика. — Это ты никчемный прожигатель жизни! Это не ему, а тебе ничего вообще не нужно, кроме потакания собственным страстишкам и порокам! Я не могла допустить, чтобы ты унижал и лишал уверенности уже надломленного, хотя и несломленного человека. Я сама предложила Роберту выйти за него замуж.

— Именно поэтому родители захотели оставить все деньги ему, — встрял, скривившись, Дик. — В качестве приданого.

— Поэтому вы ее и изнасиловали? — ровным голосом спросил Джордан.

— Ну да. — Дик самодовольно усмехнулся, не успев вовремя спохватиться. — Короче, мне нужна моя доля, раз вы берете мою прекрасную дочь в жены, — заявил он Джордану. — Иначе, как я уже сказал, нового скандала вам не миновать.

Но для Джордана Дик словно перестал существовать. Он смотрел на Сашу, которая жарко, хотя и с ноткой мольбы говорила Айви:

— Ты же знаешь, что Роберт был тебе настоящим отцом. Он любил и заботился о тебе с первой минуты, как только ты появилась на свет.

Айви молча кивнула, так как в горле у нее встал ком и она не могла произнести ни слова. Наконец-то ей стало ясно, почему два таких разных человека, как ее отец — не Дик, а именно Роберт! — и мать, решили связать свою судьбу.

— Да, именно Роберт был мне настоящим отцом, — справившись с собой, кивнула она и не без некоторого страха перевела взгляд на Джордана.