Что-то он решит сейчас? Не может же он удовлетворить желание Дика Торнтона дать ему денег, чтобы тот молчал о прошлом, о котором сама Айви тоже узнала? Как ужасно, что это открылось только сейчас. Как может Джордан Пауэлл жениться на дочери какого-то жалкого вымогателя? Думать об этом было невыносимо…

— Джордан, я хочу тебе кое-что сказать, — напряженно произнесла Нони Пауэлл. — Наедине.

У Айви упало сердце. Вне всяких сомнений, мать Джордана будет настаивать на том, чтобы он разорвал помолвку — для такой аристократки, какой она себя считает и, возможно, до некоторой степени ею является, мысль о том, чтобы запятнать семью таким образом, абсолютно неприемлема.

— Так как насчет?… — начал было Дик, но взгляд Джордана быстро заставил его заткнуться.

Дик было хохотнул, надеясь скрыть таким образом проявленную слабость, но что бы он ни прочел во взгляде Джордана, это убедило его помолчать.

— Айви? — тихо сказал Джордан, глядя на свою невесту.

У Айви задрожали губы. Лицо сделалось несчастным, но она встретила взгляд Джордана, покачала головой и опустила глаза. И Джордан почувствовал себя так, словно в него ударила молния. Он любит Айви! Именно поэтому мысль о браке с ней была естественной и не вызывала у него никаких внутренних разногласий. Ничто не заставит его уйти от нее, пока он ее любит. Ничто.

— Айви ни в чем не виновата! — срывающимся голосом сказала Саша. — Если вы ее любите, Джордан…

— Сейчас разберемся, — мягко перебил ее Джордан.

— Нет, мне нужно объяснить! — волнуясь, сказала Саша и повернулась к Айви: — Я, правда, пыталась жить с Робертом. Но так и не смогла приспособиться к такой жизни. Она постепенно начала меня подавлять. Роберт видел, что я стараюсь, но я не такая, как он! Мне, как художнице, нужны были новые впечатления, а какие новые впечатления на ферме? А Роберт достаточно навидался впечатлений на войне. Его душе был нужен покой и рутинная, успокаивающая работа. Роберт был чуткий человек. Понимая, что я зачахну на ферме, он предложил мне жить так, как того хотела моя душа. Ты помнишь, что выходные мы всегда проводили вместе? Конечно, я могла взять тебя к себе, но, во-первых, я бы не смогла уделять тебе столько внимания, сколько требуется маленьким детям. Ну а во-вторых, Роберт так к тебе привязался, ты стала смыслом его жизни, Айви, что речи о том, чтобы я взяла тебя к себе, даже быть не могло.

— Такая история запросто прошибет на слезу, — не удержался Дик и ухмыльнулся. — Увы, моя версия несколько отличается.

Джордан повернулся к нему:

— Какова ваша цена за молчание?

Айви вскочила с кресла:

— Джордан, не надо! — Ее голос задрожал. — Ведь если ты заплатишь сейчас, то где гарантия, что потом…

— Успокойся, Айви.

Джордан улыбнулся ей, взглядом показывая на кресло, хотя ему стоило невероятного труда не вскочить и не заключить Айви в объятия и сказать, что он ее любит и никуда не отпустит.

Айви чувствовала, как по ее щекам потекли слезы. Ей было стыдно, что она не может не плакать в присутствии мерзавца, каким оказался ее биологический отец. Может, именно эта мысль заставила Айви вытереть слезы, слабо улыбнуться Джордану и снова опуститься в кресло.

Джордан призывал себя держать в руках. Что ж, может быть, теперь его матери стало чуточку понятнее, почему он полюбил Айви. Она готова отказаться от своего счастья, лишь бы не причинять ему проблем!

Нони молчала, хотя поджатые губы и выдавали ее неприятие всей этой ситуации.

— Вот что я вам скажу, мистер Торнтон. Сейчас вы встанете и покинете эту комнату и этот дом навсегда. — Дик Торнтон сначала не понял, что происходит. — И позаботьтесь о том, чтобы наши дороги с вами не пересекались, потому что в противном случае я вам не завидую.

Сталь в голосе Джордана не оставляла сомнений в том, что он свое слово сдержит.

— Думаете, что я не сообщу в газеты, что Айви — моя дочь? — не желая верить, как поначалу, казалось, легкая нажива уплывает из его рук, продолжал хорохориться Дик.

— Она не твоя дочь! — резко одернула его Саша. — И запомни это!

— Почему же? — Джордан пожал плечами, подошел к Айви, сел рядом с ней и прижал к себе. — Как раз наоборот. Надеюсь, что вы сообщите эту новость в газеты.

Тут уж не выдержала Нони.

— Но, Джордан! — воскликнула она. — Я не…

— Мама, если ты захочешь, мы обсудим это позже, а если тебе неприятно здесь находиться, то можешь выйти, — не сводя тяжелого взгляда с Дика, перебил ее Джордан. Нони нахмурилась, но подчинилась. — Так вот, мистер Торнтон, вы можете говорить все, что вам позволит ваш длинный язык. Просто имейте в виду, что, какую бы грязь вы ни наговорили, она может обернуться против вас.

— Да! — заявила вдруг Саша и сузила глаза. На ее лице появилась мстительная улыбка. — Теперь, когда мне не нужно щадить чувств Роберта, я могу рассказать все как было.

— Ну вот, — кивнул Джордан. — На вашем месте я бы удалился не только из этого дома, но и из этого города. Айви ни в чем не виновата, как и Саша. Как бы вам самому не загреметь в тюрьму, где вам самое место.

Дик Торнтон побагровел. Ему не хотелось признавать свое поражение, но мысль о том, что в этой ситуации преимущество явно не на его стороне, поколебала его уверенность.