Лейтенант увидел, как нестерпимо медленно поднимает автомат Корзун, и подумал, что это уже бесполезно. Размытая фигура вскочила на капот машины, свистнуло лезвие, голова полицейского закувыркалась в воздухе.

Василевский как зачарованный следил за своим убийцей. Не было сил пошевелиться, хотя бы поднять руку, закрыться. Можно было только смотреть, как хрустко взрывается лобовое стекло и надвигается матово-черное лезвие, несущее последнюю окончательную темноту.

Олон неподвижно сидел в кресле, в который уже раз просматривая запись полного и окончательного провала. В голове поселилась гулкая пустота, тело налилось непривычной пухлой тяжестью. Не хотелось двигаться, думать, не хотелось даже совать в рот ствол тяжелого плоского пистолета и нажимать на курок.

Все равно Хранитель Порогов вернул бы и из того неприглядного места, куда попадают самоубийцы.

На боковом мониторе было видно, как копошатся на месте бойни полицейские, разматывая ленты, как дежурные манты опергруп выставляют прозрачные экраны между домами, отсекая возможных любопытствующих.

Тихо открылась дверь, и Олон увидел, как вытягиваются лица операторов, с какой суетливой осторожностью вскакивают они с рабочих мест. Хранитель ступал неторопливо, отрешенно чему-то улыбаясь.

Следом, засунув руки в карманы мешковатых брюк, энергично вошел невысокий полноватый человек.

Остановился, энергично попыхивая короткой круто изогнутой трубкой, с интересом осмотрелся, и протянул Олону пухлую ладошку:

– Реннингтон.

Олон, разумеется узнавший шефа Девятой комнаты, встал и молча пожал неожиданно крепкую сухую ладонь.

И остался стоять, ожидая, что скажет Хранитель.

Реннингтон тем временем подошел к экранам, поиграл тумблерами, то уменьшая изображение так, что машина в центре площади, люди, ангел, становились незначительными точками, то приближая до тех пор, пока безумный глаз ангела не заполнял собою все пространство.

Вынув трубку изо рта, гость задумчиво постучал чубуком по столу, и снова прихватил трубку крепкими желтыми зубами.

Сунул руки в карманы и остался стоять – покачиваясь с носка на пятки, заполняя помещение клубами ароматного дыма, явно ожидая какой-нибудь реакции от Хранителя и Олона.

Хранитель втек в кресло, на котором до того сидел Олон, сплел пальцы, опустил на них длинный подбородок и так застыл.

Едва ли не впервые в жизни Олон почувствовал серьезное беспокойство. Ситуация была противоестественной. Нет, он примерно представлял себе комбинацию, но пытаясь просчитать последствия, видел столько крови, столько предательства и ударов в спину, что становилось не по себе.

Хранитель остро глянул на Олона и тот почувствовал себя простым, понятным и прозрачным, словно оконное стекло.

Хранитель знал все. Олон перевел взгляд на Реннингтона. Почувствовав взгляд, тот повернулся, жизнерадостно скалясь, и произнес:

– Итак, господа, как я понимаю, у вас серьезные проблемы.

Звонко хлопнул в ладоши, едва сдерживая холодное злое веселье, заставлявшее чуть заметно подрагивать его упругие румяные щечки:

– Но я могу решить их. Надеюсь, с этого момента наша дружба будет крепнуть. День ото дня. День ото дня.

Он тихонько засмеялся и снова повернулся к экранам, заворожено глядя на ангела.

– Неплохо было бы начать доказывать свои дружественные намерения, – негромко произнес Хранитель, неподвижно сидя в кресле.

Реннингтон стремительно развернулся к нему, – Разумеется, разумеется, – прошипел он, – я сделаю это тогда. Когда. Решу. Что это. Необходимо.

Он произносил тираду ставя после каждого слова жирную точку.

Была б это перьевая ручка, капли аж в стороны бы полетели, – подумал Олон, внешне, впрочем, никак не показывая своего отношения к происходящему.

Шеф Девятой комнаты щелкнул пальцами, выводя из транса застывшего в своей нише астралота. Слегка склонил голову, обозначая вежливый поклон в адрес Хранителя:

– Вы позволите?

– Да-да, конечно.

Подойдя к астралоту, Реннингтон лишь слегка коснулся указательными пальцами его висков, и тот, дернувшись, вошел в состояние трансляции.

– Вуралос? – резко спросил маг.

– Да, шеф Реннингтон, – отозвался кто-то низким голосом с характерными добберскими интонациями.

– Сейчас вам скинут информацию с терминалов. Включая адрес места происшествия, – тут Реннингтон повернулся и пальцем указал Олону на пульт, – и запись событий, включающую всех фигурантов. Задача – полицию от расследования отстранить, место происшествия оцепить, весь материал у полиции изъять.