— Хм, ну-ка, сбацайте что-нибудь покороче — на пробу, — оживился принц.

Джей тоже поднялся с дивана, встал в позу и торжественно начал:

— Ползет черепаха вокруг бочки и думает: «Ё-моё, когда же этот забор кончится!»

Элия проиллюстрировала.

Кальм хохотнул: действительно коротко! Снисходительная полуулыбка наблюдающего за происходящим советника стала чуть более широкой и менее кислой.

— Короче, наместник, — нахально заявил Кальм, фамильярно похлопав его светлость по плечу, — дорога нам предстоит длинная и скучная. Мы берем с собой менестреля и сказителей в качестве компенсации за ошибки вашего лекаря.

Настроение Вальдорна, вознесшееся до небес при известии о скором отъезде окаянных гостей, камнем рухнуло вниз. Отдавать лучшее сокровище его музыкальной коллекции — Эверетта — наместник совсем не собирался. А сказители, к несчастью, ему не принадлежали. Планы Вальдорна относительно предстоящего «разговора об иллюзиях» рушились на глазах. Оставалась лишь надежда, что своенравная девица сама не захочет ехать в Альвион.

— Ваше высочество, я бесконечно рад был бы незамедлительно исполнить оба ваших желания, но менестрель не раб, он лишь работает на меня. Если Эверетт пожелает отправиться с вами, я буду счастлив, но приказывать ему не могу. Сказители же — люди вольные. Они получили приглашение выступить во дворце, не более. Так что договариваться с ними вам придется самому, — подчеркнуто вежливо объяснился Вальдорн.

— Ну что, крошка, и вы, парни, поедем с нами в Альвион? — небрежно спросил Кальм, даже не ожидающий отказа.

— Мы с Джеем давно мечтали посетить этот великий Мир Узла, ваше высочество! — восторженно откликнулась Элия, подтверждая согласие, Джей энергично кивнул.

— Я тоже! — воскликнул Эверетт и виновато покосился на наместника, чувствуя себя немножко предателем.

Джей глянул на него, как на умалишенного, вспоминая предсказание Храма. Вальдорн, не ожидавший такой черной неблагодарности от избалованного сопляка, скрипнул зубами.

— Замечательно. Через пару часов за вами пошлют. Собирайтесь, — покровительственно объявил Кальм.

— Ваша светлость, перед отъездом нам надо еще кое-что уладить. Обсудим распоряжения Альвиона. Подумаем, как можно компенсировать наше отсутствие на сегодняшнем балу, — советник почти выволок из комнаты упирающегося и все еще надеющегося что-то изменить наместника.

А Кальм поспешил к брату — хвастаться тем, как «умыл» напоследок наместника, да вдобавок раздобыл забаву на дорогу.

— Э-э-э… Я все-таки тоже решил поехать… — почти прошептал Эверетт, когда за принцем закрылась дверь, и окончательно смутился под укоризненными взглядами Элии и Джея.

— Мы слышали, — мрачно констатировала принцесса.

— Я без вас не смогу, — зеленые глаза юноши, устремленные на Элию, наполнились слезами. То, что он, мучительно стесняясь, не мог сказать, вырвалось само собой.

— Поэтому решил умереть, — еще более мрачно заключила богиня, с досадой думая про себя: «Ох уж мне эти блаженные романтики!».

— Лучше умереть, чем жить без вас, — патетично воскликнул немного расхрабрившийся менестрель.

— Джей, — Элия указала брату на дверь.

Как ни странно, принц молча подчинился, предоставив сестре право разбираться с безумцем самостоятельно.

— Элия! Я люблю вас! — не долго думая, пока его не прогнали вслед за сказителем, пылко признался Эверетт.

— Я вижу, милый. Поверь, мне приятно и дорого твое чувство, — промолвила богиня, приблизившись и взяв лицо юноши ладони. — Но цена за удовольствие видеть тебя рядом и слушать твои дивные песни слишком велика, я не хочу платить смертью великого менестреля. Не могу и приказать тебе остаться, все равно не послушаешь. И все-таки подумай еще раз о том, как чудесна Дорога Миров, только открывающаяся перед тобой, как ты нужен им, сколько ты сможешь сделать для Вселенной, сколько песен написать и спеть.

— Ни по одной из дорог я не смогу идти без вас, — со всей безрассудной уверенностью юности твердо прошептал Эверетт. В его глазах стояли слезы, но упрямой решимости не поубавилось.

Поняв, что уговаривать юного влюбленного бесполезно, девушка сделала вид, что сдалась, и улыбнулась менестрелю:

— Ну что ж. Я услыхала твое решение, милый.

— Я знал, что вы меня поймете! — восторженно воскликнул менестрель, как и всякий влюбленный, толкуя по-своему высказывание принцессы.

— Конечно, я тебя понимаю, — чуть печально улыбнулась девушка. Она обняла юношу за плечи. Эверетт тут же не совсем умело, но пылко потянулся к ее губам. Принцесса провела рукой по его густым шелковистым волосам, затем погладила по шее, осторожно нажала на камень перстня с бирюзой, и в шею юноши вонзилась тонкая игла. Эверетт обмяк в руках богини. С лица паренька ушли тревога и волнение, он спокойно заснул.

Элия бережно перенесла менестреля на кровать, заботливо уложила и задернула полог балдахина. Прошлась по комнате, размышляя, кого бы послать на розыски лорда Жерома. Прикидку вариантов прервал тихий стук в дверь.

— Войдите, — бросила Элия, убедившись еще раз, что спящего менестреля не видно.

Некто попытался войти. Но безуспешно. Принцесса взглянула на дверь и выругалась сквозь зубы — поганец Джей, уходя, умудрился закрыть задвижку с внутренней стороны. Богиня подошла к двери, распахнула ее и увидела смущенно переминающегося с ноги на ногу Вильна.