Когда раздался новый крик, идущий на мягких белых лапах рядом с Ахтианом котенок задрожал и растворился в воздухе, как будто его и не было. Угасли улыбки на лицах воинов: еще один брат по оружию нашел себе бесславную гибель в этих проклятых горах.

С магом поравнялся один из солдат. Бывалый воин был ранен в бою, правая рука его лежала на перевязи, через все лицо проходил свежий алый шрам. Воин брел, глядя под ноги.

– Расскажи, волшебник, – солдат поднял голову и посмотрел на Ахтиана, – я слышал, что сюда, к Стальным пещерам, когда-то отступали Предгорные гномы. И за ними тоже гналось орочье воинство. Ты учил в Школе Магического Искусства историю мира, ведь так? Что с ними стало?

Чародей поежился и плотнее закутался в желтую мантию, как будто она могла спасти от пронизывающего ветра. Эх, жаль оставленный на заставе плащ, подбитый мехом белого василиска, – тяжело было добыть его, но – увы.

– Они дошли до Стальных пещер и приняли там неравный бой. Орков было в несколько раз больше, а Предгорные не были готовы к нападению. Они приготовились расстаться с жизнями, но решили унести с собой побольше зеленых рож.

– И что, орки их всех перебили?

– Нет, не перебили. – Ахтиан криво усмехнулся. – Когда последняя надежда растаяла, ворота Ахана за их спинами открылись, и вышедшие оттуда Дор-Тегли перерезали орков. Но нам такого чуда ввек не дождаться. Если они и выйдут из-за своих ворот, то лишь для того, чтобы выкинуть наши трупы в пропасть.

Солдат хмыкнул, опустил голову и отошел от Ахтиана.

Усталое войско продолжало идти вперед, и лишь скрип кованых сапог по тонкому льду на камнях не давал тишине сомкнуться над головами людей. Сверху неслышно падали мелкие снежинки, в высоком небе водили хороводы свирепые горные ветра, а люди продолжали идти к своему, возможно, последнему полю боя.

Вскоре рядом с Ахтианом снова вышагивал, принюхиваясь мокрым носом к морозному воздуху, маленький белый, в черных пятнышках щенок.

Вечер уже давно сменила ночь, когда маг услышал за спиной взволнованные крики. Мимо него двое солдат быстро пронесли под руки третьего. Тот был ранен: кольчуга в крови, из плеча торчал обломок орочьей стрелы.

Солдат, который спрашивал про гномов, снова приблизился к Ахтиану:

– Это дозорный. Несколько часов назад он остался на тропе, чтобы увидеть идущих за нами орков. Скоро, наверное, будут новости. И как только он умудрился догнать нас с такой-то раной…

И в самом деле, скоро по длинной колонне идущего войска поползли слухи. Говорили, что в погоню за остатками защитников границы орки отправили только небольшую часть своей орды, числом около полутысячи ятаганов, а остальные отряды, видимо, двинулись в глубь королевства, к Восточному Дайкану. Это давало людям надежду на спасение, хотя надежда эта была настолько ничтожной, что о ней никто даже не говорил. Действительно, что могли сделать три сотни израненных, уставших людей против отборного передового отряда орков? Только подороже продать свои жизни, унеся с собой в заснеженные пропасти как можно больше врагов. И люди были готовы это сделать, но пока что они отступали… отступали… отступали…

Вождь Угрришат, побратим Верховного Вождя Грышгана, поднялся на очередной холм и яростно зарычал на своих воинов. Медленно! Отряд двигался слишком медленно, чтобы догнать отступавшего по заснеженным обледенелым горам врага. С каждым холмом расстояние между преследователями и их жертвами не уменьшалось, напротив – за последний переход даже увеличилось. Жалкие белокожие людишки по какой-то непонятной причине шли быстрее, чем его сильные и выносливые бойцы.

– Гррр-ха! Что вы плететесь, как стадо беременных туров?!

Яростная затрещина досталась одному из воинов. Здоровенный орк пошатнулся, но устоял, смерив своего командира злобным взглядом.

– Гррх! Мы не можем идти быстрее, вождь. Тролли устали и отстают. – Урхан, старый погонщик, показал на своих подопечных.

Четверо огромных монстров выглядели крайне изможденными, их массивные груди тяжело вздымались, из чудовищных глоток вырывался тяжелый хрип. Тролли были на ногах весь день, в сражении у застав они выложились по полной, швыряя в защитников тяжелые камни. Потом сразу же началась погоня. Угр все время гнал своих воинов вперед, не позволяя им сделать привал. И если уставших орков еще держал на ногах авторитет вождя, то на глупых троллей он не распространялся.

– Вождь, нужен привал. Уже темнеет, а во тьме тяжело идти.

Угрришат злобно сверкнул глазами на говорившего, но тут же заставил себя успокоиться. С Хромым Улугом, первым шаманом племени, спорить было опасно. Даже для вождя.

– Но они же уйдут, мудрейший! Проклятые людишки, словно морок, ускользают от меня!

– Их гонит страх. Не беспокойся, вождь, им некуда скрыться от твоего гнева. Эта дорога никуда не ведет.

– Что это за путь? – смерил недобрым взглядом заснеженное ущелье вождь орков.

– Стальные пещеры. Южные Врата Ахана.

– Подгорные черви? Дор-Тегли? Это что, их тропа?

– Да. Люди там не пройдут. Путь ведет в глухую долину с заброшенными древними вратами в королевство Дор-Тегли, которые людей ненавидят если не больше нас, то, по крайней мере, так же.

– Рад это слышать, Улуг. Значит, до восхода солнца их головы будут болтаться на наших поясах. – Вождь вскинул вверх топор, приказывая войску остановиться. – Ваштаргх, командуй привал! Мои воины должны набраться сил перед боем. Раздайте все мясо, какое у нас есть, утром мы будем пировать уже во вражеском лагере.