— Я — то думал, что судебные дела как раз могут и подождать.

— Ваши судебные дела касаются только вас и ваших жен, мистер Флетчер. А теперь, естественно, вами займется и уголовный суд. Наши с вами взаимоотношения никак с этим не связаны.

— Вы уверены?

— Мистер Флетчер, вы насмехаетесь надо мной?

— Именно так.

Джтллетт откашлялся, прежде чем заговорить вновь.

— Не знаю, то ли вы очень жестокий человек, то ли глубоко заблуждаетесь. Предпочитаю последнее. Я — член английской общины. Если вы заблуждаетесь, я с удовольствием продолжу этот разговор в скором будущем. А пока напоминаю о повестке, вызывающей вас в суд в пятницу утром. Советую сегодня, до полудня, явиться в полицию и назвать себя, после чего вас арестуют. Тогда у вас хватит времени освободиться под залог и предстать в пятницу перед судом.

— Премного вам благодарен, мистер Джиллетт. Увидимся в вашей церкви.

Флетч дожевывал вторую половину первого сэндвича, коря себя за разговор с Сандрой Фолкнер, когда вновь зазвонил телефон.

— Да?

— Флетч? Это Барбара.

— Барбара, моя первая жена?

— Несколько дней звоню тебе каждые полчаса, надеясь поговорить с тобой до того, как придет повестка.

— Я получил ее к ленчу.

— Прости, Флетч.

— Какие пустяки, дорогая. Забудь о ней. Стоит ли давним друзьям портить отношения из-за неуважения к суду.

— Это все адвокаты, Флетч. Они настаивают. Их очень беспокоят те восемь тысяч долларов, которые ты мне задолжал.

— Так много?

— Восемь тысяч четыреста двенадцать долларов.

— О-го-го. Мне следовало помнить об этом. С моей стороны это не простительно.

— Я действительно не виновата, Флетч. Я имею в виду неуважение к суду. Это все они.

— Не волнуйся, Барбара. Ерундовое дельце. Заскочу в суд в пятницу утром, и в мгновение ока вопрос будет решен.

— Ты прелесть, Флетч.

— Ну, ну…

— Мне не так уж нужны эти деньги. Я знаю, сколько ты получаешь в газете. Тебе негде их взять.

— Понятно.

— Правда?

— Конечно, Барбара.

— Флетчер, я все еще люблю тебя.

— Я знаю. Ужасно, правда?

— Мы развелись два года назад.

— Так давно?

— С тех пор я тебя ни разу не видела. Я пополнела.

— Неужели?

— Слишком много ем. Слышала, ты снова женился и опять развелся.

— Теперь-то я понимаю, что ты — моя единственная любовь.

— Правда? А почему ты снова женился?

— На меня что-то нашло.

— Но потом ты развелся.

— Видишь ли, Барбара, я не поладил с котом. Один из нас должен был уйти. Кот ушел первым.

— Я не звонила тебе, пока ты был женат.

— Спасибо.

— Только на прошлой неделе узнала, что ты развелся. Случайно встретила Чарли.

— Как он поживает?

— Флетчер, а может, у нас все наладится?

— Ты сильно поправилась?

— Очень. Я стала толстухой.

— Жаль.

— Мне не нравится моя квартира. А ты по-прежнему живешь на Клипуотер — стрит?

— Да.

— Я жалею о том, что развелась с тобой, Флетчер. Не могу себе этого простить.

— А, ерунда. Легко сошлись, легко разошлись.

— Это не смешно.

— Я никак не могу доесть сэндвич.

— Флетч, я хочу извиниться. За то, что развелась с тобой.

— Не думай об этом.

— С тех пор я повзрослела.

— Наверно, это приходит с лишним весом.

— Знаешь ли, меня очень беспокоили женщины.

— Женщины?

— О, Флетч. Ты же спал со всеми подряд. Постоянно. Иногда ты уезжал на несколько дней кряду. Иногда на целую неделю. Я хочу сказать, ты никогда не колебался.

— Меня легко соблазнить.

— Я не могла этого перенести. Казалось, глаза всех женщин говорили мне: я тоже спала с твоим мужем. Я сходила с ума.

— Это хороший повод для развода.

— Но теперь я повзрослела и готова с этим смириться.

— Правда?

— Да, Флетч. Я все поняла. Ты — нимфоманка мужского пола.

— Нет.

— Да, Флетч. Ты не пропускаешь ни одной юбки, чтобы не залезть под нее.

— Ну…

— Ты не станешь этого отрицать.

— Ну…

— Я с этим смирилась. Но тогда я этого не понимала.

Флетч отпил молока из пакета.

— Флетч?

— Да, Барбара?

— Как, по-твоему, мы сможем снова жить вместе?

— Какая прекрасная мысль.

— Tы серьезно?

— Разумеется, Барбара.

— В конце недели у меня кончается аренда.

— Переезжай ко мне в пятницу.