Я опрокинул в горло еще чашку чая и в рассеянности заел ее блюдечком. Изумительной работы фарфор жалобно захрустел у меня на зубах, тут же оборачиваясь изумительной нежности печеньем. Приобретайте посуду божественного производства и ваши тупые дети никогда ею не подавятся.

– И что меня ждет? – хрипло спросил я.

– Даже я не могу на это ответить, – покачала головой Инанна. – Одно могу сказать – вы изменитесь.

Вы необратимо изменитесь, друг мой. Вы предстали перед поворотным моментом вашей жизни. И теперь только от вас самого зависит, кем вы станете.

– И кем же я стану?

– Если ничего не предпринимать – демоном. Настоящим полноценным демоном. Очень похожим на своего отца.

– Не таким, как остальные. полудемоны? Испронгша, винджен.

– Не таким. Совсем не таким. Усилиями Креола вы получили часть души Лаларту – и теперь она начинает подавлять вашу человеческую составляющую.

Пока что она прорывается лишь в минуты сильнейшего гнева и приносит вам даже пользу, но так будет продолжаться не всегда. Еще несколько раз – и она выйдет из-под контроля.

– Помогите мне, миледи! – прохрипел я, подаваясь вперед. Меня начало трясти.

– Я ничем не могу помочь здесь, друг мой, -

вздохнула Инанна. – Это та вещь, с которой можно справиться исключительно собственными силами. Простите меня.

– Но что же мне делать?

– Бороться. Не поддаваться. Тьму внутри вас пробуждают темные чувства – ярость, ненависть, злоба. Тьма усиливает вас многократно, но в то же время пожирает вашу душу. Однако пока вы остаетесь спокойным, пока вы держите себя в руках, с вами ничего не произойдет.

Я плюхнулся на сиденье, едва не прищемив хвост. Из меня словно выпустили воздух. Я просто не знал, что еще сказать.

– Сколько. сколько я еще выдержу? – наконец спросил я.

– А сколько уже раз у вас прорывалась. демоническая сила? задала встречный вопрос Инанна.

Я начал загибать пальцы. Пазузу. Кардинал эль Кориано. Джованни Томба. Канцлер старшина Армендижон. Ард ван ден Хугенбанд. Шандор Пушкаш. Комбарат Едок Фрикаделек. Ее светлость маркиза Надя Комэнеч. И последний – доктор Игошин. Плюс еще четыре прорыва, которые худо бедно, но удалось подавить. Это всегда происходило, когда я жаждал кого то убить.

– Девять, – с сомнением ответил я. – Или тринадцать. Незавершенные считаются?

– Трудно сказать, – задумчиво сказала Инанна.

– В любом случае я не рассчитывала бы на многое. Исходя из того, что я вижу в вашей ауре, вы выдержите еще три-четыре раза, а потом.

Она не закончила фразы, но я и без того все прекрасно понял. Как всегда – ничего хорошего. И здесь засада, и там засада. Меня снова посетило забытое было желание сунуть когти себе в мозг и как следует повращать. Но я сдержался. Спасибо за это дедушке Торквемаде – вылечил меня от депрессии на собственном примере. Каждый раз, когда я видел его обгорелое лицо, то вспоминал, что он постоянно, непрерывно испытывает такую боль, словно горит заживо. И при этом остается совершенно спокоен! После такого уже немного стыдно жаловаться, что тебе хреново.

Я задумался, что делать дальше. Наверное, вернусь на Землю, к Джемулану, а то он еще жалобу в гильдию накатает. Надо там с ним порешать, что дальше делать. Палач мертв. сломан и даже расчленен, достать хотя бы его обломки теперь будет стократ сложней. Хотя, если задуматься. Где находится «Гея», я теперь знаю. Проникнуть туда незаметно тяжеленько даже яцхену, но нет таких крепостей, которые не взяли бы большевики. На худой конец прорвусь с боем, мне не привыкать. Вернусь я туда один, так что обратно возвращаться не стану – просто прыгну в другой мир. Я бы и в этот раз так сделал, если бы эти жлобы из гильдии не урезали мои энгахские возможности. Только благодаря Пазузу и отмахался.

– Кстати, миледи, я совсем забыл! – спохватился я, доставая ковчежец. – Вот он, Пазузу, тепленький.

– Это замечательно, – лучезарно улыбнулась Инанна.

– А зачем он вам, друг мой?

– Мне? – опешил я.

– Да мне-то он нафиг не нужен, я просто никак не придумаю, куда его деть. Мо

жет, вы заберете?

– А мне он зачем?

– Ну я не знаю. Поставите на сервант, типа украшения. Или в клетку какую запрете вместо хомячка.

– Спасибо за предложение, друг мой, но я все же откажусь, – покачала головой Инанна. – Боюсь, здесь, в Светлом мире, Пазузу начнет грустить, а потом и совсем зачахнет.

– А это что, плохо?

– Понимаете, тут есть еще и вопрос политики. – замялась богиня.

– Если я буду держать у себя архидемона Лэнга, у Йог-Сотхотха появится повод заявить, что я осуществляю враждебные действия по отношению к его миру, а именно в данный момент это было бы немного некстати.

Были бы у меня веки, я бы растерянно заморгал. Ну да ладно, не впихивать же мне Пазузу Инанне силком.

– Никому-то он не нужен, бедолага. – задумчиво сказал я, пряча ковчежец обратно в карман.