— Я была у врача, — продолжала Джил.

Он нахмурился. Неужели заболела? В ее возрасте? Чем она могла заболеть? Почему же она тянет, не говорит?

— Ты меня слышишь? — спросила она.

— Конечно, слышу. Что случилось? Зачем ты ходила к врачу?

— У меня будет ребенок. — Дронго почувствовал, как уплывает из-под ног пол, и схватился за стену.

— Что ты сказала? — прошептал он.

— У нас будет сын! Врач сказал, что я в полном порядке.

— Сын, — словно эхо повторил он. Странные существа мужчины. Такая новость их и радует, и пугает, как нечто из ряда вон выходящее. Его бросило в жар.

— Сын, — это слово его заворожило, — как ты узнала? — Он задал идиотский вопрос, который наверняка задал бы любой мужчина на его месте.

— Как узнала? — засмеялась она. — Говорю тебе: была у врача. Знаешь, я решила его оставить. И обо всем рассказать отцу.

— Сын, — не переставал повторять Дронго и вдруг закричал: — Я обязательно приеду! Слышишь?

— Конечно, слышу, — голос ее дрогнул от слез, — я буду тебя ждать.

— А тебе можно лететь самолетом?

— Можно, конечно, можно. Я знала, что ты обрадуешься. Я тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю, — ошеломленный, произнес Дронго.

Положив трубку, он опустился в кресло и еще несколько минут просидел, словно постепенно осознавая это событие. Почему он сказал, что прилетит шестнадцатого? Ведь можно это сделать сегодня. Он поднялся с кресла и тут вспомнил, что сегодня это исключено. Что сегодня в два часа он должен пойти к Георгию. И если ошибся в своих расчетах, никогда больше не вернется домой. Одному Богу известно, как не хотелось ему идти в это проклятое казино.

Снова зазвонил телефон. Была половина десятого. Он машинально снял трубку.

— Доброе утро, — сказал Романенко, — извините, что беспокою так рано. Вы не передумали?

Одна секунда, вторая, третья…

— Нет, — выдавил Дронго, — не передумал.

— Тогда наш эксперт сейчас выезжает, — сообщил Романенко, — в десять часов будет у вас. До свидания.

Дронго положил трубку и закрыл глаза.

«Джил, — подумал он про себя, — я обязательно приеду шестнадцатого».

После ухода эксперта Дронго посмотрел на часы. Была половина двенадцатого. Если все пройдет нормально, через два с половиной часа он должен быть в казино. Дронго позвонил Галкину.

— Алло, кто говорит?

— Ваш друг, — пошутил Дронго.

— Опять вы, не желаю с вами разговаривать. До свидания.

— У меня к вам интересное предложение.

— До свидания, — повторил Галкин, но отключаться не стал.

— Мне нужно поговорить с нашим другом, — сказал Дронго, — найдите его. Это очень важно.

— Я не могу его найти, не знаю номера его телефона, — быстро проговорил Галкин и отключился.

Дронго прошел к своему компьютеру. Он был уверен, что Галкин найдет возможность сообщить Кочиевскому о его звонке. Ждать пришлось минут двадцать. Очевидно, Галкин искал чужой телефон, чтобы гарантировать себя от прослушивания. Наконец появилась запись.

— Надеюсь, ты меня не забыл.

— Стараюсь не забывать, — ответил Дронго, — как себя чувствуешь?

— Тебя волнует мое здоровье?

— Немного волнует. Боюсь, сегодня у тебя ничего не получится.

— О чем ты?

— О ДЕНЬГАХ! — Он набрал это слово большими буквами.

Через секунду-другую появилась запись.

— Не понимаю, о каких деньгах идет речь?

— Ты должен сегодня получить три миллиона, — написал Дронго.

— Молодец, — прочел он, — хорошо работаешь. Но это не мои деньги.

— Поэтому ты хочешь их украсть!

— Ты совсем чокнулся. Я полковник военной разведки, а не вор.

— Поздравляю. А я-то думал, ты убийца и нечистоплотный тип. Оказывается, ты еще не забыл об офицерской чести.

— Что тебе нужно?

— Ничего. Хотел предупредить, что сегодня у тебя ничего не получится.

— Почему именно сегодня?

— ДЕНЬГИ! — снова написал Дронго.

— Иди ты… — Кочиевский отключил связь. Цель достигнута. Он занервничал. Непременно захочет подстраховаться. Это именно то, что нужно.

Дронго пошел одеваться. «Выйдя из дома, размышлял он, надо сразу поехать в казино, чтобы не вызвать подозрений у тех, кто за ним будет следить. А следить за ним обязательно будут. В то же время надо быть осторожным. Кочиевский может прислать своих людей».