Дронго оделся, долго выбирал галстук. Темный костюм, темный галстук, голубая сорочка. Он сознательно тянул время. Нужно все до мелочей рассчитать. Ровно в час позвонить Галкину. Без одной минуты час он набрал номер Шахматиста.

— Здравствуйте, это опять я.

— Перестаньте звонить, — разозлился Галкин, — мне придется изменить номер телефона.

— Послушайте меня, Галкин, — быстро проговорил Дронго. — Сегодня Георгию должны передать три миллиона долларов наличными, которые ему задолжал Чиряев. Это произойдет вечером в казино.

— Какие три миллиона? — спросил Галкин, прикинувшись, что ничего не понимает, но голос его дрогнул.

— Вы знаете какие, — ответил Дронго. — Но деньги Георгию не отдадут. Кочиевский хочет всех обмануть и завладеть деньгами.

— Что вам от меня нужно?

— Если деньги пропадут, а Чиряев погибнет, вы не сможете занять его место, — сказал Дронго, — все его имущество будет продано за долги. И платить их будете вы. Надеюсь, вы меня поняли? До свидания.

Он быстро отключил связь. Теперь нужно ждать. Галкин не подозревает, что за ним следят сотрудники ФСБ. Изменит номера своих телефонов и воспользуется каким-нибудь каналом, чтобы связаться с Кочиевским. Но спокойно сидеть он не будет, обязательно начнет дергаться после разговора со мной. Теперь все зависит от степени его алчности. Если он готов разделить деньги с Муравьевым и Кочиевским, позвонит полковнику и постарается увидеться с ним до вечера. Если не позвонит, значит, делиться не собирается. И в этом случае соберет своих боевиков и будет драться. Дронго посмотрел на часы. Начало второго. Примерно через полчаса надо выйти из дома, сесть в машину и отправиться в казино. Это самый опасный момент. По договоренности с Романенко, машина потом уедет в прокуратуру, чтобы гарантировать безопасность водителя.

Дронго пошарил в карманах. Носовой платок. Немного денег. Его обязательно будут обыскивать. Телефон нужно оставить дома. Он вообще не любил носить с собой мобильные телефоны. Но в последние дни приходилось это делать. Что это в кармане? Он достал крестик. Тот самый крестик, который ему подарила мать Вейдеманиса. Подумав немного, положил крестик в карман.

Прежде чем выйти из дома, просмотрел экраны компьютеров. Все в порядке. Похоже, Кочиевского теперь волновали только деньги. Наверняка возьмет с собой вечером Баугиса на операцию. Все рассчитано. Каждый шаг. Дронго окинул взглядом свою квартиру. Если все пройдет нормально, он вернется сюда ночью. Или утром. Или не вернется никогда.

Он подошел к столу, взял лист бумаги и написал крупными буквами: «Джил, я тебя очень любил. Извини, что все так получилось. Хотел быть счастлив с тобой». Он запечатал конверт, написал лондонский адрес Джил. Позвонил Романенко:

— У меня на столе конверт, если со мной что-нибудь случится, отправьте по назначению.

— Может, не стоит рисковать? — с тревогой спросил Всеволод Борисович.

— Мы уже все решили, — сказал Дронго, — ваш эксперт ушел полтора часа назад.

— Как вы? — спросил Романенко.

— В полном порядке. Действуйте по плану. В случае какой-либо неожиданности думайте прежде всего о деньгах. Слышите? Только о деньгах. Это важнее всего. До свидания.

— Удачи, — пожелал Всеволод Борисович.

— Спасибо.

Положив трубку, Дронго еще раз огляделся, передвинул конверт на столе и вышел, заперев дверь на все замки. Ключи он собирался отдать своему водителю.

«Вот и все, — подумал Дронго, — теперь посмотрим, кто кого».

Шпицына отпустили накануне вечером, и он, подав жалобу прокурору города и начальнику управления по надзору за следствием, приехал домой злой и раздраженный. Голова буквально раскалывалась, и он вызвал врача, чтобы измерить давление. Жена, насмерть перепуганная, всю ночь не спала. Только под утро Шпицын забылся тяжелым сном, и она, отправив ребенка к сестре, села на кухне, дожидаясь, когда он проснется. В час дня, когда муж еще спал, зазвонил телефон. Жена схватила трубку.

— Здравствуйте, кто говорит?

— Позови мужа, — раздался незнакомый голос.

— Он спит, кто его просит?

— Разбуди, — приказал незнакомец.

Не смея больше возражать, женщина пошла в спальню.

— Что случилось? — сонным голосом спросил Шпицын, повернувшись на другой бок.

— Толик, Толик, проснись!

— В чем дело?

— Тебя к телефону.

— Кто еще там? — открыл он наконец глаза.

— Не знаю. Какой-то мужчина. Похоже, важный начальник.

— Принеси трубку, — сказал муж, снова закрывая глаза.

Она принесла из другой комнаты телефон.

— Слушаю, — сказал Шпицын.

— Ты еще спишь? — узнав голос, Шпицын сразу вскочил. Это был Шахматист.

— Уже не сплю, — сказал он. — Меня задержали на сутки. Только вчера вечером отпустили.

— Почему так быстро? — спросил подозрительный Галкин.

— Я подал две жалобы, — объяснил Шпицын. — У меня все-таки юридическое образование.

— Мог бы и не попадаться, — презрительно заметил Галкин, — давай быстро ко мне. Нужно собрать всех наших. Ты меня слышишь?