— Григ, тебе никогда не приходило в голову, откуда у меня взялись деньги на то, чтобы открыть собственное дело?

— То есть?..

— Я подружилась с владелицей фирмы, занимавшейся подготовкой моей несостоявшейся свадьбы. Сначала пошла к ней работать, а потом выкупила у нее фирму.

Григ смотрел на девушку во все глаза.

— С помощью денег Томпсонов?

— Вот именно. Конечно, моим первым порывом было порвать чек. Я даже написала письмо: « Неужели вы думаете, что девушку, любившую вашего сына, можно купить за грязные деньги?» и все в таком духе. А потом до меня дошло, что если я верну чек, то они вообще выйдут сухими из воды, а с какой это стати? И я порвала письмо, погасила чек и воспользовалась деньгами, чтобы добиться успеха. Так что, в принципе, ты прав.

— Насчет чего?

— Ну, ты же всегда считал меня корыстной особой и теперь убедился, насколько это соответствует действительности. — Григ с изумлением понял, что ему даже в голову не пришло усмотреть что-то дурное в ее поступках. Напротив, он проникся еще большим уважением к деловым способностям девушки. Она поступила точно так же, как поступил бы он сам. — Я тебе больше скажу, — призналась Эми, прежде чем он успел открыть рот. — Когда я пришла в «Дар небес», там не было проката свадебных туалетов. Этот отдел основала я. — Взгляд девушки приглашал Грига домыслить остальное.

— А в основе было то самое платье?..

— Да, то, в котором меня бросили. Нам его уже дважды переделывали. Оно по-прежнему в работе и до сих пор пользуется спросом у моих клиенток.

— Что ж, в хладнокровии и практицизме тебе не откажешь.

— Это верно. Я не всегда была такой, но теперь стала. Хладнокровной, расчетливой, корыстной…

— Прекрати нести чепуху! Никакая ты не корыстная, просто у тебя отменная деловая хватка. Мне бы твои способности, и я удвоил бы отцовский капитал за половину того времени, что ему потребовалось, чтобы его создать. Я прошу прощения за все то, что тебе наговорил. Просто мне было неприятно узнать… ну, что наши отношения складываются не так, как я думал. Я понимаю, ты должна была защитить Долли…

Эми нежно погладила его по щеке.

— Григ, тут дело не только в сестре. Честно. Пожалуйста, поверь мне.

Григ взял ее руку и поцеловал в ладонь.

— Я поверю всему, что ты мне скажешь, — тихонько произнес он. — Но если дело не только в Долли…

— У нас еще много времени, чтобы понять, что между нами происходит, — поспешно перебила Эми. — Только давай не будем торопить события.

В баре появились новые посетители, и несколько минут они сидели в смущенном молчании. Григ собирался подозвать бармена, но Эми остановила его:

— Пойдем отсюда. Хочу подышать свежим воздухом.

На улице Григ попросил:

— Пожалуйста, Эми, возьми меня под руку, меня и впрямь слегка покачивает. Как подумаю, что я чуть было не натворил, — дрогнувшим голосом прошептал Григ. — Все могло так ужасно кончиться. Боже милосердный!

— Но теперь все хорошо, — успокоила его девушка. — Все отлично, Григ.

— Но я мог стать убийцей! Обними меня, Эми.

Девушка погладила его по голове.

— Григ, дорогой, ты просто слишком много выпил. Пятый бокал был лишним.

— Мне это было необходимо. Я пребывал в диком нервном напряжении с того рокового момента…

— По-моему, мне лучше отвезти тебя домой.

Григ коротко рассмеялся.

— У меня нет дома. — И добавил: — Я не хотел тебе говорить. Просто с тех пор, как я уехал из поместья, мой ближайший дом — в Лондоне.

— Тогда едем ко мне.

Эми усадила Грига в машину. Пока она везла его в свою небольшую квартиру, Григ молчал. Девушка взяла его за руку и повела в свой дом, где до него не бывал ни один мужчина.

Григ тяжело опустился на диван и стал пить черный кофе, приготовленный Эми.

— Долли понадобится новое подвенечное платье, — заметил он. — Мне бы хотелось оплатить его, ведь старое испорчено по моей вине.

— Да тебе дурно сделается, когда ты увидишь чек, — шутливо предостерегла его Эми. — Сэр Аластер настоял, чтобы оно было самым роскошным, самым лучшим — ну, ты ведь знаешь своего отца…

— Я знаю, — вздохнул Григ. — Вместо того чтобы набрасываться на тебя, мне бы следовало вспомнить, как отец любит заваливать всех подарками. Дело в том…

— В чем? — осторожно спросила Эми. Она уже поняла, что откровенность дается ее гостю нелегко.

— Он любит доставлять людям радость, но начисто лишен воображения и умеет делать это только одним способом. Он хороший человек, но, чтобы отец тебя услышал, надо орать во весь голос.

— Я уже это поняла, — улыбнулась Эми.

— Когда я был ребенком, отец водил меня на все цирковые представления, считая, что это для меня самое большое развлечение. А я терпеть не мог цирка.