— Джона Эссекса. Да, знаю.

— Один из наших репортеров писал об этом. — Эпштейн сделал паузу и кивнул в сторону «кобры» Питта. — За час до анонимного звонка о его смерти соседка видела человека, по описанию похожего на тебя, в красной спортивной машине, который расспрашивал о том, как проехать к дому Эссекса.

— Совпадение, — пожал плечами Питт.

— Совпадение — твоя задница, — сказал Эпштейн. — Что, черт возьми, ты собираешься делать?

Несколько шагов Питт прошел в полном молчании с суровым выражением палице. Затем слегка улыбнулся. Эпштейн мог поклясться, что в этой улыбке был оттенок дурного предзнаменования.

— Верь мне, друг, когда я говорю, что тебе не нужно ничего знать.

Дом Грэма Хамберли стоял на вершине холма в Палос-Вердес, шикарном спальном районе Лос-Анджелеса. Архитектура представляла собой смесь современного и калифорнийского испанского стилей с грубо оштукатуренными стенами и потолками, украшенными массивными старыми потолочными перекрытиями. Крыша покрыта фигурной красной плитой.

Вода из огромного фонтана на главной террасе выливалась в круглый плавательный бассейн. С террасы открывался вид на море городских огней на востоке, а с обратной стороны дома — на Тихий океан и остров Каталина на западе.

Когда Шо вошел в дом Хамберли, его приветствовала музыка оркестра и невнятный шум сотен голосов. Бармены лихорадочно смешивали галлоны коктейля «текила Маргарита», а буфетчики спешно пополняли острые мексиканские блюда на буфетном столе, который, казалось, уходил в бесконечность.

Приблизился невысокий человек, голова которого казалась слишком большой для его плеч. Он был в черной обеденной куртке с восточным драконом на спине.

— Привет, я Грэм Хамберли, — сказал он с доброжелательной улыбкой. — Добро пожаловать на вечер.

— Брайан Шо.

Улыбка не изменилась.

— О, да, мистер Шо. Простите, что не узнал вас, но наши общие друзья не прислали мне фотографию.

— У вас совершенно потрясающий дом. Ничего похожего в Англии нет.

— Спасибо. Но все комплименты должны быть адресованы только моей жене. Я предпочитаю нечто более провинциальное. К счастью, у нее вкус лучше.

«Акцент Хамберли говорит о Корнуолле», — подумал Шо.

— Коммандер Миллиган здесь?

Хамберли взял его под руку и отвел в сторону.

— Да, она здесь, — мягко сказал он. — Пришлось пригласить всех офицеров корабля, чтобы она точно пришла. Пойдем, я представлю вас.

— Я не расположен к светским любезностям, — сказал Шо. — Предположим, вы укажете мне на нее, а я уже справлюсь со всем остальным сам.

— Как скажете.

Хамберли изучал всех, снующих на террасе. Затем его взгляд остановился, он кивнул в сторону бара.

— Высокая, довольно привлекательная женщина со светлыми волосами.

Шо сразу увидел ее в кругу восхищающихся военно-морских офицеров в белой форме. Казалось, что ей было где-то около тридцати пяти, она излучала тепло, так недостающее большинству женщин. Принимала оказываемое ей внимание естественно, без признаков кокетства. Шо с первого взгляда понравилось то, что он увидел.

— Может быть, мне стоит расчистить путь к ней, — сказал Хамберли.

— Не беспокойтесь, — ответил Шо. — Между прочим, нет ли машины, которую я могу позаимствовать?

— У меня целый парк машин. Что вы хотите? Лимузин с шофером?

— Что-нибудь более соответствующее случаю.

Хамберли на мгновенье задумался.

— Подойдет «роллс-ройс» с открывающимся верхом?

— Вполне.

— Увидите его в проезде, ключи будут в замке зажигания.

— Спасибо.

— Не стоит. Удачной охоты.

Хамберли вернулся к обязанностям хозяина. Шо направился к бару и, расталкивая всех плечами, подошел к Хейди Миллиган. Молодой светловолосый лейтенант бросил на него возмущенный взгляд.

— Не слишком ли толкаетесь, отец?

Шо не обратил на него ни малейшего внимания и улыбнулся Хейди.

— Коммандер Миллиган, я адмирал Брайан Шо. Можно вас отвлечь на словечко… одну?

Хейди в течение мгновенья изучала его лицо, стараясь поставить его на место. Сдалась и кивнула.