«Надо было мне спросить, какую упряжь она взяла, — виновато сказал Рут. От пережитого волнения у него даже шкура посерела. — Ведь я знал, где ты прячешь упряжь, которой пользуешься теперь».

«Ты тут не при чем, Рут…» — Джексом все еще не мог прийти в себя.

— Шарра, с тобой все в порядке? Ты не ушиблась? Когда я увидел, как ты висишь… — голос его сорвался, и он спрятал лицо в волосах жены, чувствуя, что она дрожит не меньше него.

Шарра с благодарностью принимала утешения мужа, но скоро она заметила, что вокруг толпятся зрители и, смущенно улыбнувшись, попыталась высвободиться из его объятий. Джексом ослабил хватку, но не отпустил ее. Ведь не будь Шарра такой умелой наездницей… не будь Рут таким сообразительным драконом…

— Я думала, ты починил упряжь, — сказала Шарра, с тревогой заглядывая мужу в глаза.

— Так оно и было! — он не мог открыть ей всей правды, особенно сейчас, когда вокруг столько народу. И несмотря на то, что между ними всегда было полное взаимопонимание, Шарра, кажется, не догадалась, что на этот раз муж с ней не вполне откровенен.

— И все же мне надо лететь, Джексом, — борясь со страхом, проговорила она. — Рут не очень обидится, если я попрошу, чтобы меня отвезли Г'ланар с Ламотом?

— Ты все-таки поедешь? — отвага жены наполнили сердце Джексома гордостью и изумлением.

— Это лучший способ оправиться от потрясения. — Она потянулась, чтобы погладить нос Рута. — Я знаю, что это не твоя вина, милый Рут! Успокойся! Серый цвет тебе не к лицу.

«Я почувствовал, как ремень лопнул, едва мы поднялись, — сказал дракон Джексому. — И как это я не спросил ее, какую упряжь она взяла? Ведь я должен был об этом подумать!»

— Все обошлось благополучно. Ты спас Шарре жизнь, — повторял Джексом. Еще никогда не ощущал он такой благодарности к своему другу. — Она все же собирается в Цех целителей — с Г'ланаром на Ламоте.

Рут посмотрел на своего всадника; тревожный оранжевый огонь в его глазах понемногу бледнел.

«Он еще вполне ничего, — неохотно признал белый дракон. — Жаль, Дунлута и С'гара сейчас нет».

— Ты же знаешь, старики больше не могут сражаться с Нитями. Г'ланар очень сдал, а Ламот едва справляется с мясом, где уж ему прожевать огненный камень! — Не обращая внимания на ворчание Рута, Джексом со всей обходительностью попросил старого всадника и его дракона доставить Шарру в Цех целителей. А сам стащил с Рута порванную упряжь и свернул — до тех пор, пока не представится случай заняться ею более внимательно.

Он следил за удаляющимся бронзовым, пока тот не исчез в Промежутке, куда за ним последовали и Мийр с Таллой. Потом зашагал обратно, в Большой зал, представив Бранду с младшими дворецкими разбираться со сбежавшейся прислугой.

— Ты так ничего ей и не сказал? — шепнул Бранд на ухо Джексому, когда они снова уселись.

— Теперь непременно скажу… слишком далеко это зашло, — собирая бумаги, которые он в панике бросил на стол, Джексом заметил, как дрожат у него руки.

— Да, дело дрянь. Как по-твоему, связано ли это… явное покушение на твою жизнь с недавними событиями?

— Хотел бы я и сам знать!

— Теперь, надеюсь, ты поставишь в известность Бенден? — Бранд пронзил молодого лорда суровым, неумолимым взглядом.

— Да, — с легкой улыбкой согласился Джексом, — потому что знаю: иначе это сделаешь ты.

— Хорошо, что ты это понял, — сказал Бранд и продолжал уже громче:

— Первый вопрос касается предполагаемого злоупотребления имуществом холда…

В тот вечер Джексом подробно рассказал Шарре о происшествии в холде Тиллек и расследовании, которое предпринял Бранд, — расследовании, не давшем никаких результатов, поскольку Пелл утверждал, что вполне доволен жизнью, занимаясь отцовским ремеслом. Он заверил, что никто не подкатывался к нему со щекотливыми предложениями. Да и зачем — ведь он только дальний родственник.

Выслушав от Шарры ливень упреков за то, что он «оградил» ее от волнений, Джексом вместе с женой проверил все записи в книге посетителей холда, но не обнаружил ничего подозрительного. Рут ничем не мог им помочь; он не всегда находился в своем вейре, когда Джексом бывал дома, а часто составлял компанию дракону, несущему караул на сигнальных высотах.

«Даже старику Ламоту, — уточнил Рут. — Я почешу ему спину, а он мне».

На следующий день Шарра с Джексомом должны были принять участие в собрании на Посадочной площадке, которое созвали, чтобы обсудить участившиеся случаи разбоя.

— Учти, Джексом, если ты не расскажешь о случившемся, это сделаю я, — с решительным видом заявила мужу Шарра.

— Но ведь здесь речь идет о наследовании Руата, — попытался возразить он. — Это не имеет к погромам никакого отношения.

— А ты откуда знаешь? — стиснув пальцами подлокотники кресла, воскликнула молодая женщина, бросив на мужа взгляд, полный гневного упрека. — Разве не ты руководишь осуществлением всех планов Айваса?

— Я? Руковожу? — Джексом в неподдельном изумлении уставился на жену.