Лорд Роберт прервал танец и отвел свою даму в угол зала, чтобы отдышаться.

— Давайте-ка передохнем, — запыхавшись, сказал он. — Я не выдерживаю подобный темп. Может быть, выйдем на воздух?

Ему действительно не мешало бы освежиться. По его лбу ручьями струился пот, и он стирал его носовым платком, нисколько не отличаясь от тех кавалеров, с которыми Абигайль танцевала в деревне. Стоило ли тогда ехать в столицу?

Вздохнув, она взяла лорда Роберта под руку и направилась вместе с ним к выходу на узкий балкон. В этом доме трудно было найти укромный уголок и спрятаться от любопытных глаз.

— Вы любите детей, милорд? — спросила Абигайль, опершись на перила.

— Кто же их не любит? — уклончиво ответил Смайт. — А чтобы они не докучали, нужно нанять няньку. Мои сестры говорят, что хорошая нянька нынче на вес золота.

— У меня четверо маленьких братьев и сестер, — сказала Абигайль как бы между прочим.

Смайт нервно подергал узел галстука.

— Леди Белден говорит, что они живут в доме опекуна и вполне счастливы.

— Они были бы еще счастливее, если бы жили со своей старшей сестрой, — раздался вдруг рядом знакомый вкрадчивый голос.

— О, это вы, Фиц? — удивился Смайт. — Я не заметил, как вы подошли. Вы знакомы с мисс Мерриуэзер?

— Да, и с ее братишками и сестренками тоже.

В полумраке глаза графа сверкали, как два изумруда. Он был до того хорош, что у Абигайль перехватило дыхание. В нем не было ни унции лишнего веса. Стройный и мускулистый, он выгодно выделялся на фоне грузного, заплывшего жиром Смайта. Рубашка и жилет Фица сияли ослепительной белизной. Абигайль вдруг охватило игривое желание вымазать пальчик в саже и дотронуться до безупречно белой манишки.

— Лорд Дэнкрофт полагает, что дети — это игрушки, что их судьбы можно ставить на кон в карточной игре, — промолвила она. — Мне нужно идти, господа. Увидимся в бальном зале.

Выпалив все это, Абигайль повернулась и с гордым видом вошла в зал. Однако, сделав несколько шагов, она споткнулась об отпоровшуюся оборку на подоле, тихо чертыхнулась и оторвала ее с такой непосредственностью, как будто находилась на клубничной грядке, а не в роскошном бальном зале.

— Мисс Мерриуэзер отличается излишней самоуверенностью, — сказал Фиц, проводив ее долгим взглядом, — а также непомерной властностью и гонором.

— Мои сестры такие же, как она. Я сыт по горло общением с подобными дамами, — заявил лорд Роберт. — Пойду-ка лучше в буфет.

«Бедняга, — подумал Фиц. — Впрочем, мисс Огородница достойна лучшего. Этот толстяк ей совершенно не подходит».

— Доброе утро, пристав. Хороший денек сегодня выдался, не правда ли? — бодро промолвил Дэнкрофт, спускаясь по ступеням крыльца своего городского дома вместе с Пенни, которую он держал за руку. — Надеюсь, вы понимание, что в моих владениях не осталось ничего ценного, за что можно было бы выручить хотя бы ломаный грош?

Пристав, прислонившись к стене городского дома Уикерли, жевал сандвич, безуспешно пытаясь придать своему лицу грозное выражение. Видимо, Фиц застал его врасплох за завтраком.

— Я обязан следить за движением ценностей, милорд, и докладывать об этом куда следует.

— Ну, хорошо, в таком случае не сочтите за труд сообщить мне о доставке короны с драгоценностями — атрибуте графского титула. Я до сих пор не получил ее. Похоже, мой брат украл ее, продал и успел спустить деньги на бегах, прежде чем скоропостижно умер.

Тот не нашелся что сказать. И Фиц с дочерью зашагал по улице по направлению к дому Квентина. Дежурство пристава у дверей дома играло ему на руку. В присутствии представителя власти наглые кредиторы не осмелятся громить дом.

— Когда я увижу мисс Абигайль? — заныла Пенни.

Она постоянно вертела головой, разглядывая дома и прохожих, поэтому через несколько минут розовые банты в ее волосах развязались. Пенни до сих пор не могла привыкнуть к городской жизни. Окружающая обстановка вызывала у нее сильное любопытство.

— Мисс Абигайль обещала быть там, куда мы с тобой сейчас идем. А если не приедет, мы ее выследим, не волнуйся.

Фиц согласился нанести визит Квентину только потому, что в его доме он мог увидеться с Абигайль. Ему, конечно, не нужна была помощь в подборе управляющего поместьем. Чтобы принять решение, Фицу хватило бы рекомендаций бывших работодателей. Кроме того, граф и сам неплохо разбирался в людях.

Хотя теперь он сомневался в своей способности понять женскую душу. Фиц с легкостью очаровывал женщин, но Абигайль была слишком умна и прозорлива. Фица поразило то, что она с такой легкостью отвергла его. Многие женщины сочли бы за честь стать женой графа. Однако у этой непредсказуемой девушки были свои представления о цели в жизни.