Шрифт:
– Вампирам все равно, какая у жертвы кровь, – засмеялся он.
– Но вы же не вампир?
– Нет. Но мне нужна твоя преданность.
– Я умею быть преданной!
– И если что, отдашь мне свою кровь?
– Ну… В общем, да.
– Или лучше возьмешь чужую?
– Это вы о чем?
– О том, что у меня есть враги. Возможно, мне понадобится твоя помощь.
– Кого-то убить? – быстро сообразила Патриция.
– Да.
– Но я не умею стрелять…
– Но ты можешь сделать укол.
– А-а, как эта?.. Ну если скажете, то кого угодно! – разошлась она.
Свою кровь она отдавать не хотела, но забрать чужую – пожалуйста. Чудо-девушка! Именно такая и нужна была Фарадею.
Глава 9
Марина и Вайс находились по разные стороны баррикад. И еще их разделяла решетка. Он – на одной половине помещения для допросов, она – на другой, и между ними – толстые, скрещенные под прямым углом железные прутья.
– Решила не пытать судьбу? – вспомнив первую с ней официальную встречу, спросил Вайс. – Ну да, я же хищный зверь, и меня нужно бояться…
– Не решила, а решили, – сухо поправила его Марина.
На этот раз она была в форме, на плечах погоны старшего лейтенанта. Новенький синий китель идеально выглажен, без единой складочки.
– Извините, гражданин следователь.
– Пусть будет гражданин, если вы настаиваете, – с непроницаемым лицом краешком губ усмехнулась она. – Думаю, вам нужно к этому привыкать.
– Моя вина неоспорима, и я буду расстрелян.
– Я не вижу здесь ничего смешного. Гражданин Фарадеев окончательно пришел в себя и смог дать подробные показания. Он обнаружил вас в шкафу своей сожительницы, Махорцевой Валерии Петровны. И он и вы, Аникеев, называете ее почему-то Калерией, но на самом деле она Валерия..
– Не знал, не знал. Но это вполне объяснимо. Проститутки обычно берут звучные псевдонимы. Хотя Валерия – очень даже неплохо звучит. Но, может, она была соучастницей преступлений, которые совершал Фарадеев?
– Какие преступления, о чем вы?
– Ну я не знаю, где их черти носили…
– Не знаете и не говорите!.. Кстати, Фарадеев обнаружил вас в своем шкафу; как вы можете это объяснить?
– Его случайно не в голову ранило?
– Нет, с головой у него все в порядке. У него проникающее ранение грудной клетки и нижнего подреберья. И еще ранена нога… Кстати, пуля, извлеченная из ноги, была выпущена из пистолета системы «вальтер»…
– Вы уже и систему установили?
– Мы нашли оружие, которое вы, Василий Юрьевич, выбросили в реку. Пистолет «глок» с прибором бесшумной стрельбы и пистолет «вальтер».
– Ничего я не выбрасывал.
– Кто стрелял из «вальтера»?
– Не знаю.
– Фарадеев утверждает, что вы заставили Махорцеву стрелять в него.
– Я понимаю, болевой шок, ум за разум… Где мой адвокат? Мне нужен мой адвокат.
– Я думаю, мы могли бы обойтись без него, – пристально глядя на Вайса, сказала Марина.
– Да? Тогда вы сами должны составить представление… заключение… Или как там у вас называется? В общем, Фарадеева надо бы отправить на психиатрическое обследование…
– А заодно трех человек, которые видели, как вы бегали по двору с пистолетом…
– И где эти люди?
– У меня есть протокол опознания за подписью понятых. Вас, гражданин Аникеев, опознали по фотографии. Опознали заочно, потому что очное опознание может навредить свидетелям. Я знаю, ваши люди на воле и они очень опасны…
– Нет никаких свидетелей.
– Есть. И они дали показания. И обязательно выступят на суде. Так что шансов у вас нет.
– Я не стрелял в Фарадеева. И в шкафу у него не сидел.
– И добить его не пытались…
– Добить?
– Да, в больнице, – презрительно усмехнулась Марина.
– Когда?
– Позавчера. Я не говорю, что это вы подкупили медсестру, чтобы она сделала инъекцию, несовместимую с жизнью.
– Кому?
– Фарадееву… К счастью, тот проявил бдительность и не позволил застать себя врасплох. Так что у вас ничего не вышло, Аникеев! Фарадеев жив, и он обвиняет вас в покушении на свою жизнь. И я обвиняю вас!
– Но я ничего не знаю про медсестру, – выдержав ее взгляд, пожал плечами Вайс.
– Охотно верю. Тактика сейчас не ваше дело, вас сейчас интересует стратегия. Вам нужно убрать Фарадеева, вы передали заказ на волю, а каким именно способом его убьют, уже не важно…
– Ну, может быть.
Ульян бы сказал, если бы отрядил человека на дело, но не было ничего. Может, Фома постарался? Жаль, что у него ничего не вышло.
– Только я никого не заказывал.
– Можете упрямиться сколько хотите! – язвительно проговорила Марина. – Это лишь усугубит ваше положение. Но мне все равно! Мое дело собрать доказательства, составить обвинительное заключение и передать материалы в суд. А доказательства есть, и они неопровержимые! Так что сидеть вам, Аникеев, за покушение на убийство.