Джессика ахнула.

— Я вижу, — произнес Вулф раньше, чем она успела что-то сказать. Он снова улыбнулся Рейли. — Пусть тебя не вводят в заблуждение золото и серебро, парень. Оружие вроде этого разметало напрочь южные полки. Если не веришь мне, продолжай лезть за своей пушкой. Я вгоню три пули в тебя, прежде чем ты поймешь, что произошло, и у меня останется еще десять пуль для твоих приятелей.

Мужчины позади Рейли начали сдвигаться к противоположному концу стола.

— Стреляю в первого, кто двинется, — предупредил Вулф.

Никто не позволил себе в этом усомниться. Все остались на месте.

В установившейся тишине Джессика замерла, напрягшись, стараясь изо всех сил совладать с нервами. Рейли рассмеялся, его тело снова расслабилось.

— Нет причин для ссор, — заявил Рейли непринужденно. — Я просто хотел немножко развлечься в ожидании дилижанса.

— Едешь на Восток?

— На Запад.

— Следующий дилижанс будет здесь завтра примерно в это время.

— Завтра? — удивился Рейли. — А как насчет сегодняшнего?

— Он полон.

— Только ты и девчонка…

— Моя жена, — оборвал его Вулф.

— Никого, кроме вас, на этом чертовом дилижансе!

— Я уже сказал. Он полон.

Тело Рейли вновь напряглось.

— Пусть будет так, Рейли, — произнес один из мужчин холодно. — Если этот джентльмен с хитрым карабином спешит сразиться с индейцами раньше всех, пусть катится. Одним янки меньше — меня это не волнует. У меня есть игра поинтересней.

Рейли глянул с сомнением на мужчину, но от спора воздержался.

Джессика не стала ждать, когда Вулф откроет ей дверь. Она не хотела, чтобы он поворачивался спиной к людям в комнате. Она распахнула дверь и через холодный двор побежала к дилижансу. Джессика расслабилась только в экипаже.

Этого не позволил себе Вулф. В дилижансе он держал наготове карабин и наблюдал за станцией с неослабным вниманием. Никто не вышел из нее.

Раздался звонкий, похожий на пистолетный выстрел, хлопок кнута, лошади дернули, и дилижанс стал быстро удаляться от станции.

— Они будут нас преследовать? — спросила Джессика прямо.

— Сомневаюсь. Их лошади измотаны. — Вулф перевел взгляд на свою незваную жену, изнеженную аристократку, которая совершенно не подходила для жизни на западных землях, — а он любил их больше всего на свете. — Вы напрашиваетесь на то, чтобы вас кто-нибудь убил, ваша милость. Вы не похожи на местную.

— Ты тоже.

— Черта с два.

— Эти люди приняли тебя за чужака.

Вулф улыбнулся.

— Еще никто западнее Миссисипи не видел меня одетым так, как сейчас, но будь я проклят, если похож на окружение вашей милости… Кстати, в этой компании на станции находился Джерико Слейтер. Если он узнал меня, мне будет чертовски трудно с ним расплатиться.

— Кто такой Джерико Слейтер?

— Один из немногих уцелевших членов банды Джеда Слейтера.

— За что он ненавидит тебя?

— Калеб, Рено и я сделали все, чтобы уничтожить эту банду, — Вулф слегка улыбнулся. — Очень жаль, что Джерико не был среди них в то время. Он такой же отпетый, как был в свое время Джед.

Джессика нахмурилась

— А почему вы воевали с этой бандой?

— Слейтер сделал большую ошибку: он захватил Виллоу.

Джессика почувствовала, как изменились голос и выражение лица Вулфа, когда он произнес имя Виллоу, и у нее перехватило дыхание.

— Кто она?

Прямо поставленный вопрос Джессики вынудил Вулфа посмотреть на нее

— Женщина.

— Это я поняла сама.

— Женщина с Запада.

— Что за этим кроется? — настойчиво продолжала допытываться Джессика.

— Женщина, достаточно сильная, чтобы драться бок о бок с мужчиной, если дело дойдет до этого, и достаточно нежная, чтобы зажечь в нем огонь.

Джессика заставила себя продолжить разговор, чтобы подробнее узнать о той, при упоминании о которой глаза и голос Вулфа так теплеют.

— Ты из-за нее был так зол на меня за наш брак? — спросила Джессика напряженным голосом. — Ты собирался жениться на Виллоу?

— Нет. Я хотел, чтобы Калеб Блэк сделал это. Но только дурак может связаться с Калебом, — сухо сказал Вулф. — Он какой-то старозаветный человек. Неспособен на прощение.

— Кто такой Калеб Блэк?

— Муж Виллоу и один из лучших друзей, которые могут быть у человека.

Вулф с интересом отметил, что Джессика не могла скрыть облегчения.

— Понятно, — сказала она и глубоко вздохнула, прежде чем задать вопрос, который действительно очень много значил для нее: — Ты любишь Виллоу?