«Господи милостивый, помоги ей в трудный час!»

Эта нечаянная немая молитва была глубже и сильнее ревности. Джессика не могла испытывать радость от мучений Виллоу. Как не могла отныне ненавидеть ее. Более того, Джессика была полна сочувствия к женщине, которой уготовлена судьба корчиться от боли и молить о пощаде; вот она, женская судьба, в том цикле, который ведет начало от мужского посева и завершается нечеловеческими мучениями при родах. И всюду царил черный ветер, который шептал недобрые пророчества новой жертве, осужденной на страшные муки…

Сейчас, когда она осознала, что ожидало Виллоу, звуки ее смеха и голоса причиняли Джессике невыносимую боль. Она сострадательно наблюдала, как Виллоу ухватилась для поддержки за руку Вулфа, ступая по неровной почве двора, где сквозь пятна снега и грязи уже пробивалась трава.

Когда Виллоу прошла мимо Туспота, она взглянула на Джессику с любопытством и мгновенно вспыхнувшей улыбкой, которой предлагала свою дружбу. Джессика вернула улыбку, но Вулф не остановился и даже не взглянул на нее.

— Вулф? — спросила Виллоу, дергая его за рукав.

— Твой подарок дальше.

Расплывшись в улыбке, Рейф спрыгнул на землю. Когда он снял шляпу, солнце осветило его светло-золотые волосы, которые были точно такого же цвета, как и у самой Виллоу

Виллоу сначала уставилась на него, потом радостно и удивленно вскрикнула и начала смеяться, бесконечно повторяя имя Рейфа. Рейф сгреб ее в охапку и долго держал в объятиях, нашептывая какие-то слова, слышные только ей одной. Наконец он отпустил ее и смахнул счастливые слезы, которые текли по его лицу.

— Ну, я тебе скажу, Вилли, ты превратилась в настоящую женщину! Как мне рассказывал Вулф, ты отхватила себе отличного мужика. — Рейф сделал паузу, затем добавил: — И ясно, как божий день, что мужская сила у него есть.

Виллоу закраснелась и стукнула своего старшего братца в мощную грудь.

— Стыд какой!.. Ты не должен был замечать!

— Это все равно, что не заметить гору… Когда собираешься сделать меня дядей?

— Через несколько недель. — Она улыбнулась своему громадному брату. — Господи, Рейф! Как же я рада видеть тебя! Не могу дождаться, когда Калеб и Мэт вернутся с северного луга.

— Я тоже не в силах ждать. Я поскачу к ним, как только развьючим животных.

Виллоу взяла Рейфа за руку и проговорила:

— Я почти боюсь отпускать тебя… Надо же, годы прошли! — Она потерлась щекой о его руки и вздохнула. — А теперь познакомь меня со своей женой. Она красива, но я другого и не ожидала. У тебя всегда было чутье к красоте, будь то женщины или пейзаж.

— Рыжик красива, в этом ты абсолютно права, — согласился Рейф, — но она жена Вулфа, а не моя.

Открыв рот, Виллоу повернулась и уставилась на Вулфа. Все вопросы, которые она собралась задать, остались невысказанными, когда она увидела холодные темно-синие глаза.

Отказавшись от вопросов, Виллоу повернулась к девушке, элегантно восседавшей в дамском седле. У нее были нежные, как у эльфа, черты лица, глаза цвета морской волны и волосы, скрытое пламя которых играло и норовило вырваться наружу при каждом легком повороте ее тела. Ее выездной наряд видывал виды, однако модные линии и тонкая ткань красноречиво свидетельствовали о богатстве.

И вдруг Виллоу осенило:

— Леди Джессика Чартерис?

— Теперь уже нет. Меня зовут Джессика Лоунтри. Или Джесси.

— Или Рыжик? — невинно спросила Виллоу

— Или Рыжик, — согласилась Джессика, чуть улыбнувшись Рейфу. — Мне сказали, что на Западе принято давать прозвища.

— Слезайте и входите в дом. Вы, наверное, измучены… Я помню свою первую поездку через Великий Водораздел. Если бы не Калеб, а бы не одолела его. Калеб под конец тащил меня на руках.

— Мы добирались легким путем, — сказал Вулф. — У леди Джессики нет ни твоих сил, ни твоей способности приспосабливаться к условиям.

Виллоу вопросительно взглянула на Вулфа, удивившись скрипучести его голоса.

— Я не согласна, — возразила она спокойно. — Всякий, кто проехал через горы в дамском седле, сильнее меня.

Вулф только крякнул и ничего не ответил.

Джессика стала осторожно спускаться с лошади. Прежде чем она перенесла тяжесть на правую ногу, Рейф поддержал ее за талию, пока она не опустила левую.

— Я бы справилась сама, — сказала Джессика глухим голосом, — но благодарю вас.

Только Виллоу заметила мгновенную искру гнева у Вулфа, которую он сразу погасил, и только она обратила внимание на еле заметное, непроизвольное движение, которое он сделал по направлению к Джессике, когда та начала слезать с лошади.