Как-то, раздумывая над этим, Спирит повстречал Саню на улице. У него были и другие партнеры, Настя, например, но менее стабильные. Этот же, догадывался Спирит, давно начал оставлять определённую долю себе. Однако, Саню совсем не привлекала продажа готовых вещей. Для него это могло обернуться знакомством с милицией и мерами по борьбе со спекуляцией. Но Спирит уже лучше знал людей Реальности, он просил о помощи, Саня так любил оказывать покровительство, Спирит подчёркивал, что проценты вполне заслуженны, а при большем обороте ещё и сильно возрастут. Саня оканчивал институт и собирался остаться в аспирантуре, вскоре вступал в брак, его будущая жена уже была беременна. При этом он любил хорошо одеваться, покупать диски, дорогие безделушки. Зарплата аспиранта и кошелек родителей его и невесты были не беспредельны.

Саня помог достать импортную вязальную машину, хлопотал, торговал сам, договаривался и сдавал в комиссионные. Постоянное вязание вдруг обернулась мукой для Спирита, каждый день по нескольку часов за машиной, сколько раз ему хотелось швырнуть её с балкона в квартире родителей. Приток же денег всё равно колебался, пусть не так, как раньше. Взятки на квартиру оказались огромны, почти неподъёмны.

Спириту пришлось смириться с этим. Работать, как вол. Временами крайне урезывать траты. Голодать. Брать у родителей деньги на самое необходимое.

С Саней он имел дело дольше всех. Недавно Саня стал кандидатом наук, начал преподавать. Приторговывать вязаньем сделалось для него несолидным, он, верно, бросил бы это, не родись у него вторая дочь. Он заверяет себя, что помогает больному человеку. Последнее время у него поднялся к Спириту странный интерес. Ему привиделось, что Спирит отвечал на вопросы, не заданные вслух, говорил о том, что никак не мог видеть и слышать. Он, пожалуй, сейчас увлечён теми же статьями, что читала Аня. Может быть, и какими-то из книг, что когда-то выштудировал Спирит. Но, если он надоест, Спирит сегодня сможет отказаться от его услуг. Саня не приносит и пятой части того, что даёт ему Кирилл.

Кирилл? Это настоящий фарцовшик. Он бывал в лечебнице, навещая свою мать, толстую, невероятно говорливую, с маниакально-депрессивным психозом, она почти постоянно пребывала двумя этажами выше отделения, куда вечно попадал Спирит. Один раз Кирилл поднимался наверх и внимательно обследовал глазами джемпер Спирита, другой – спускался и изучал жилет, приподнесённый Диме, вещь действительно очень красивую, хотя Спирит делал пару для него и его девушки из оставшихся нитей, но зная – они уедут далеко и уже вряд ли покажутся у него на горизонте, это был подарок на свадьбу, на отъезд, на прощание. На третий раз Кирилл деловито попрыгал по ступенькам и достал из кармана пачку американских сигарет, никогда не продававшихся через советскую торговую сеть, протянул сразу две штуки, ещё не сказав ни слова. Спирит, так же молча, забрал их и положил за ухо, это было прекрасное угощенье для кого-нибудь, он курил только за компанию, чаще раньше, когда надо было развязать кому-нибудь язык, но уже давно ему мечталось, чтобы некогда развязанные языки наконец умолкли.

Кирилл говорил чётко, холодно и по существу. На его лице было застывшее выражение – невероятного апломба и невероятной зависти к чему-то, будто отнятому у него. Он лишь однажды повёл бровью, когда Спирит назвал цену, втрое большую, чем для Сани. Кирилл долго торговался, говорил, что ему нужно лишь несколько вещей на пробу. Спирит не отступил, он чуял, что качество устроит его и будет выгодной даже эта цена.

Но потом он должен был работать бесперебойно, сам превратившись в машину. Кирилл давал ему в основном импортную, если нашу, то только самую качественную прибалтийскую шерсть, вместе с лейблами зарубежных фирм, которыми отныне была украшена большая часть изделий Спирита.

С ним не противно общаться, как с другими людьми Реальности? В отличие от них Кирилл говорит быстро и кратко, никогда не говорит ничего лишнего, Спирит не нужен ему для тоскливых излияний. Кирилл невероятно педантичен в том, что касается дел, он источник постоянного и устойчивого заработка. Пожалуй, он даже по своему симпатизирует Спириту. Почему? Вероятно оттого, что Спирит ему ни в чём не соперник.

Спирит стал гораздо меньше ненавистен людям Реальности. Может быть потому, что перестал быть одним из них. Реальность пощадила его. Отпустила.

Или точнее сказать, едва Спирит сумел отречься от её благ, смириться с бедностью, одиночеством, горем родителей, каждодневными уколами Мира, вдруг какая-то чудовищная сила принялась беречь его. Его больше не ждала неудача в любом мало-мальски практическом деле, напротив насколько возможно во всех мелочах он стал удивительно успешен. Он находит в переполненном метро полупустые вагоны, он умудряется взять дефицитную гречку утром, без очередей из пенсионерок, с ним случалось даже, что заглядывал в ЖЭК именно в тот единственный час в году, когда старший инженер был в прекрасном настроении, и не проходило полдня, как давно подтекавшую трубу за бесценок заделывал до невероятия трезвый сантехник. Спириту дается это легко, в любых делах он всецело полагается на интуицию и принимает всё, как идёт, не пробуя управлять ходом событий.

Он сумел достичь того, о чём уже не мечталось. Мир забыл о нём и почти не мешает, а он привык к шуму и копошению Мира.

И в Аниной голове снова мелькал вопрос, который она однажды уже неосторожно задавала Спириту. И она узнавала, даже не проговорив его вслух, что Спирит, хотя и не может определить для себя твердо – “зачем”, но с нетерпением ждёт каждой встречи с ней, ждёт её вопросов, её напряженного внимания, ждёт даже её молчания с ним рядом. Развернув наутро зачем-то всучённый ей, полусонной, пакет, она находила в нём великолепную теплую кофту, серую с темно-красным треугольным орнаментом. Такой красивой вещи у неё никогда не бывало раньше.