– Какая же, моя красотка?

– Ты не догадываешься, Чарли? Оба судна Перринара «Мальборо» и «Мэри» имеют экипаж, с которым мы ничего не сможем сделать, потому что они – не американцы. Эти парни почти все метисы. Капитаны – способные моряки, но очень ограниченные люди. Мы не можем на них надеяться. Для голландских властей все обстоит совершенно законно. Голландия не воюет с Германией, а местные власти не вмешиваются в торговые сделки. Им безразлично, что Перринар хочет продать свой товар Германии. Но существует один пункт, который может сыграть в нашу пользу. Это то, что Видди Перринар еще не отдал приказ судам покинуть порт и войти в Эймс. Пока он этого не прикажет, оба судна будут оставаться здесь.

– Согласен, – сказал я, – но что же делать?

Ардена улыбнулась.

– Так вот, Чарли, – произнесла она, – эта история началась с похищения и она должна закончиться тоже похищением. Что ты скажешь, если мы похитим Видди, прежде чем он сможет отдать приказ поднять якоря?

Я смотрел на нее, раскрыв рот. Я начал верить, что у этой детки потрясающая голова. Наконец, я проговорил:

– Мне кажется, ты права. Наш единственный шанс получить свою долю – это похитить Видди. Но когда мы наложим руки на маленького дурачка Видди, что мы будем с ним делать? Ведь здесь не Чикаго, моя красавица.

– Я это прекрасно понимаю, – ответила она, – мне нужно правильно все рассчитать.

– Другая вещь, – сказал я. – Предположим, это нам удастся. Глэдис и его банда будут в бешенстве и последствия этого трудно предсказать.

Она еще немного подумала, потом решила:

– Мы им скажем, что сообщим, куда спрятали Видди, но сделаем это за хорошую плату. Правда, для этого потребуется надежное место. Но мы сами ничего не сможем поделать, пока не узнаем, куда они заперли Видди. Во всяком случае, одно известно – он не может находиться далеко.

Она испытующе посмотрела на меня.

– Я должна завтра обедать с Глэдисом и постараюсь разыграть сцену большой страсти. Он до такой степени горд операцией, какую они задумали, что, может быть, потеряет контроль над собой и наговорит больше, чем нужно. В каком отеле ты остановился?

– В отеле «Большой Сокол».

– О'кей. Тогда возвращайся туда и никуда не выходи, пока не получишь от меня вестей. Главное, чтобы тебя не видели на улицах. Если мне завтра повезет с Глэдисом и я узнаю у него, где находится Видди, то пошлю тебе записку, потому что действовать нужно будет быстро. Если мы хотим похитить этого маленького дурачка, успех будет решать скорость.

Я встал.

– О'кей, Ардена. Ты – прелесть. Теперь я понимаю, что Лодс знал, кому он доверил свои интересы.

Она смотрела на меня, и я разглядел, что глаза у нее не синие, а фиолетовые. Она мне ответила ласковым голосом:

– Не будем вспоминать Лодса, Чарли. Вилли – уже перевернутая страница в моей жизни.

Потом она добавила:

– Я начинаю думать, что ты стоишь большего.

Я скромно улыбнулся в ответ.

– Поверь мне, что на своем веку я видел много умных и красивых женщин, но все они не достигали даже твоих щиколоток.

Я страстно посмотрел на нее и добавил:

– Должен признаться, что мое сердце начинает учащенно биться, когда я смотрю на тебя.

Она улыбнулась. Я вам уже говорил, что у нее великолепные зубы?

– Бросим на время эти сантименты, Чарли. Нам предстоит сначала проделать серьезную работу.

Она подошла к столу, и, наполнив два стакана, протянула мне один.

– Выпьем за наше здоровье, – предложила она. – Надеюсь, нас ждет удача. Не будем забывать, что мы можем сделать лишь две вещи: или немедленно от всего этого отказаться, или любой ценой победить. Если один из нас допустит ошибку, мы пропали.

Она поставила на стол пустой стакан и добавила:

– Мы висим на волоске. Если Глэдис заподозрит что-нибудь и выдаст нас голландской полиции, нас немедленно упрячут в «холодильник», а потом вышлют в США.

– Я все понял, сестричка, – заверил ее я.

Она протянула мне руку, которую я нежно пожал.

– Думаю, что у нас все пойдет хорошо, – сказала она на прощание. – Я рассчитываю на тебя, Чарли. Желаю удачи и держи ухо востро.

Я широко улыбнулся, выражая свое согласие.