Она кивнула, обдумывая то, что сказал Фредерик. Это многое объясняло: сарказм Стивена всякий раз, когда упоминалось имя Фредерика, безрассудство мужа, его тягу к выпивке. Неужели причиной всему являлась дикая ненависть? Стивен никогда, ни разу не обсуждал с ней проблемы своих родителей. А Марианна никогда не расспрашивала об Элизе Колларье, да и зачем? Постороннему наблюдателю родители ее мужа казались очень счастливой парой.

Начался дождь. Эта осень была щедра на проливные дожди. Марианна прислушалась к равномерному стуку дождевых капель по оконному стеклу.

— Думаю, — сказала она, — нам пора возвращаться.

Фред посмотрел на нее, заколебался, а потом сказал, поднимаясь:

— Да, конечно.

Марианна улыбнулась и нечаянно посмотрела прямо ему в глаза. На какую-то долю секунды ей показалось, что Фредерик собирается ее поцеловать. Но нет. Вместо этого он медленно произнес:

— Я думаю, что должен вернуться в Италию и обосноваться там.

— Гонимый бесконечными дождями? — беспечно произнесла Марианна, хотя ее сердце болезненно сжалось. — Таким образом, ты даешь мне понять, что мои усилия найти тебе подходящий дом не увенчались успехом?

— О, я не знаю. — Фредерик пожал плечами. — Я всегда могу купить этот особняк и содержать его на тот случай, когда буду приезжать сюда. Мне придется наблюдать за деятельностью компании. Мне же надо где-то жить. Но, — добавил он, — наши пути не должны больше пересекаться. Это не нужно ни мне, ни тебе.

Отчего такая сильная боль? Ее сердце должно скакать от радости, а не разрываться на части. Марианна открыла дверь, впуская в дом дождевые брызги, и побежала к машине матери. С одной стороны, она прекрасно понимала, что если больше не увидит Фреда, то это, конечно, лучше для нее, но, с другой стороны, целых четыре года Марианна прожила, не видя любимого человека и не зная ничего о нем, потеряв надежду на встречу. И она не могла, не хотела терять его, только обретя надежду.

Если она сможет видеть его хоть иногда — это лучше, чем вообще ничего.

Пока Марианна возилась с замком, Фред стоял под проливным дождем и смотрел на нее, а когда она устроилась на водительском сиденье, он подошел к своей машине. Марианна отъехала первая, красный «ягуар» медленно последовал за ней.

Карен с недовольным выражением наблюдала, как промокшие Фредерик и Марианна входят в холл.

— Где вы были? — беспокойно спросила блондинка. — Вы промокли насквозь. — Она суетилась вокруг шефа, который в ответ на ее заботу раздраженно пожал плечами.

— Мы осматривали дом, — коротко произнес он.

— Ах, да. — Карен взглянула на Марианну, выражение ее глаз стало жестким. — Я и забыла, что вы решили сыграть в агентов по недвижимости. Ну и как? Успехи есть?

— Мы думаем, да, — ответил Фред.

Глаза мисс Осмонд ожесточились еще больше. Ей явно не понравилось слово «мы» — оно звучало как-то объединяюще. Марианна могла бы сказать Карен, что ей не стоит беспокоиться на этот счет, но промолчала.

Она вышла из холла, оставив там Карен, которая все еще без умолку кудахтала вокруг Фредерика, и направилась в свою спальню. Потом долго стояла под горячим душем, затем, критически осмотрев свой гардероб, остановила взгляд на длинной, до икр, кремовой юбке и водолазке с короткими рукавами того же оттенка. Из большого зеркала на нее смотрела потрясающе красивая молодая женщина: высокая, стройная, но печальная. Марианна рассматривала себя без ложного тщеславия. Почему, думала она, люди считают, что красота приносит счастье? В ее случае она принесла только боль потери любимого человека и страдания от его ненависти.

Она села на пуфик возле туалетного столика и задумалась о том, что рассказал ей сегодня Фредерик. Станет ли она по-иному относиться к бывшему мужу, зная о нем такие факты? Марианна понимала, что нет. Впервые за долгое время она хладнокровно и объективно, без ярости вспоминала четырехлетнее замужество.

Обстоятельства вынудили ее выйти замуж за Стивена, и хотя Марианна уже вкусила горькие плоды жизни с нелюбимым мужчиной, она знала, что сделала бы то же самое, будь у нее необходимость повторить все сначала.

В какой-то степени то, что она не любила мужа, пошло ей на пользу. Она научилась с гордым безразличием взирать на отвратительные черты его характера: склонность к хвастовству деньгами, непредсказуемые перепады настроения, вспышки невыносимой самонадеянности. Стив был похож на избалованного ребенка, неспособного понять, что мир вращается не только вокруг него.

Неужели Фредерик действительно собирается вернуться в Италию? Марианна водила зубьями расчески по туалетному столику. Более чем вероятно. Италия — его родина, и к тому же… Согласится он когда-нибудь или нет, но Марианна точно знала, что единственной причиной возвращения его в Англию, в городок, который четыре года назад он покинул, снедаемый горечью обиды и злостью, была она сама, только она и ничто больше. Теперь Фред решил изгнать Марианну из своей жизни. Он вправе сделать это. И сейчас он свободен.