— Его зовут Бенни, — ответила сквозь зубы Таня. — Он поставляет пиццу для Марио.

Нил схватил несколько верхних снимков и быстро просмотрел их один за другим. На лице его проступили пятна.

— Ты что, Таня, обслуживаешь все северное побережье? — Он размахивал фотокарточками перед ее лицом. — Начиная с университетской футбольной команды?

— А ну-ка… — Джек пригляделся к одному из снимков. — А вот и ты, Нил.

Уинстон взглянул на карточку поверх плеча Джека и с содроганием произнес:

— Ну это уж ни в какие ворота…

Нил, в шоковом оцепенении, только пялил глаза на свидетельства собственного вероломства, запечатленного в черно-белом глянце для всеобщего обозрения. Мег отступила на шаг назад, не желая даже знать, что там на снимке.

— Не могу поверить, что этот жирный старый растяпа нанимал ищейку, которая следила за каждым моим шагом и все снимала на пленку! — взвыла Таня.

Джек собрал фотографии в стопку и спрятал в конверт.

— Та же самая ищейка досаждала и мне. Парень знает свое грязное дело, нужно отдать ему должное.

— По-моему, больше нет вопроса, что было на уме у дяди Пита, когда он поднялся сюда, — сказала Мег. — Однако случилось нечто, что помешало ему осуществить задуманное.

Уинстон осмотрел лестницу, по которой скатился Пит.

— Он был в крайне возбужденном состоянии, — взялся объяснить происшедшее адвокат, — в слепой кровожадной ярости. Я бы предположил, что его хватил сердечный удар…

«Слава Богу», — мысленно добавила Мег, ошеломленная ходом событий и ужасом от того, что чувствует облегчение после внезапной смерти своего дяди. Если бы сердце не подвело Пита в столь критическую минуту, то уже не один, а несколько человек покинули бы остров в гробах. Включая Джека.

«Господи, — ужаснулась Мег, — я ведь едва не потеряла Джека!» Эта мысль была слишком ужасна. Однажды Мег уже потеряла мужа, однако если бы Пит применил оружие, то на сей раз ничего нельзя было бы повернуть вспять. Не было бы никакого второго шанса.

Второй шанс.

Если на белом свете существовали более сладостные слова, чем эти, то Мег они были неизвестны.

— Мама! Погляди, что я нашла!

Нора стремглав кинулась через лужайку от отца и сестер навстречу Мег. К полудню зловещие тучи, с утра нависшие над морем, расступились, обнажив яркую голубизну небес.

— Какая замечательная фигурная ракушка, солнышко. — Мег обвела пальцем волнистую кромку раковины. — Смотри, наверху у нее маленькая дырочка.

— Вот и здорово! — обрадовалась Нора. — Я смогу носить ее на шее.

Вскоре к ним подошли Джек, Мари и Дейзи. Едва глаза бывших супругов встретились, как между ними что-то вспыхнуло — чувство неведомой прежде глубокой близости, будто после событий, случившихся за последние дни, отношения их достигли такого уровня, о котором Мег и Джек не подозревали.

Джек мягко улыбнулся. Прозрачный свет осеннего солнца сделал резче сеть крохотных морщинок у его глаз, которую Мег раньше не замечала.

Два года — это немалый срок.

Ее сердце защемило от нестерпимой любви к этому мужчине. Вобрав в себя побольше воздуха, она промолвила:

— Прогуливаетесь по пляжу, как я вижу.

— Девочки захотели спуститься к воде перед отъездом, — сказал Джек.

— Я нашла камень! — крикнула Дейзи. — Огломный камень!

Мег с восхищением посмотрела на гладкий, янтарного цвета камушек, зажатый в пухлых пальчиках малышки.

— А я нашла осколок стеклышка, — похвасталась Мари, показывая матовую, обкатанную водой стекляшку.

— Наши сумки в гостиной, — проговорила Мег. — Уложите туда свои сокровища, иначе они могут потеряться.

— Я хочу отнести мой камень на колабль в луке, — объявила Дейзи.

— Имей в виду, я не понесу его за тебя, когда ты устанешь, — предупредила ее Мари, уводя сестер к дому.

Они препирались, пока за ними не закрылась дверь.

— Пошли со мной, — Мег взяла Джека под руку, — прогуляемся.

Они пересекли лужайку и спустились к пляжу по бревенчатой лестнице. Парома на горизонте пока не было видно, но до полудня еще оставалось время. Мег помнила, как пунктуален капитан «Русалки». Если им будет сопутствовать удача, то полиция прибудет на остров почти сразу, как только они свяжутся с нею по бортовой рации, и не задержит их надолго. Мег не загадывала заранее, какие вопросы возникнут у стражей порядка, однако ее больше это не пугало. Цепочка трагических событий, случившихся в праздничную ночь, была теперь ясна.