– Царь, – оторвал меня от грустных мыслей Авоська, – а что за слова ты говорил, когда Соловья порол? «Надо, Федя, надо», а он же не Федя, а Соловей? Или это чары такие?

– Угу. – Я, разумеется, не собирался пересказывать кинокомедию, так как подозревал, что немедленно начнутся дополнительные расспросы. – Очень сильные чары. Заставляют любого виноватого осознать степень своей вины и терять сознание при виде своего шефа.

– А… – начал открывать рот домовой, но я его перебил:

– А про шефа, Авоська, как-нибудь в другой раз. Сейчас дружно топаем до замка – чую, что еще не скоро там окажемся.

Домовые исчезли в тот же миг, как мы вошли в ворота замка. Только что устало пыхтели за моей спиной, и вот уже поблизости никого. Пожав плечами, я отправился к Яге, собираясь узнать последние новости, что произошли или могли произойти в мое отсутствие.

Бабка меня ждала и, судя по недовольным искоркам в ее глазах, не с расспросами насчет охоты. Неужели успела узнать, как я прилюдно выпорол Соловья? Да вроде не должна по времени, и Соловью нет интереса об этом рассказывать. Но разговор пошел про другое.

– Эх, Кощей, Кощей, – грустно покачала головою Яга, положив на лавку передо мною две стрелы. Одна вся сырая, с чешуйками налипшей ряски и измазанная в грязи, а может, иле. Вторая была более чистая, если не считать нескольких светлых потеков чего-то непонятного. При ближайшем рассмотрении это оказалась смола.

– И? – непонимающе посмотрел я на Ягу.

– Твои стрелы, Кощей? – поинтересовалась та.

– Вроде бы мои, – пожал я плечами, присматриваясь получше. – Ну да, мои… а что случилось-то?

– А то, – пояснила мне Яга, присаживаясь на лавку, смахнув перед этим стрелы, которые я положил обратно, – что прямо перед твоим возвращением ко мне пришли Водяной и Леший вот с этими стрелами… которые у них торчали из не совсем приличных мест.

– Откуда-откуда? – заинтересовался я и пальцем на себе указал приблизительное место попадания.

– Да, туда-то ты им и попал. Ох, и ругались они, ох, и ругались! Пока я не осерчала и не выгнала их взашей – достали трясти у меня перед глазами своими… спинами.

На последних словах я не выдержал и заржал, как сумасшедший. Картина, только что нарисованная бабкой, стояла перед глазами как живая.

– Ха-ха-ха, – заливался я, с трудом держась на ногах, – не могу… лопну сейчас! Бабуля, если придут опять, то гони их. На царевен-лягушек и купеческих дочек они никаким боком не похожи.

Непонятная фраза заинтересовала Ягу, так же, как и причина смеха. Поэтому любопытная бабка потребовала пояснить. После моего рассказа она присоединилась ко мне, тихонечко посмеиваясь своим суховатым старческим смехом. Заскочившие на кухню домовые, увидев такую картину, когда два известных злодея смеются над чем-то непонятным, выкатили глаза и рванули обратно. Не знаю, что они там подумали, но точно не о нашем отличном настроении.

– Ой, – вытерла платком уголки глаз бабка, – если русалки и кикиморы прослышат про эту историю, то засмеют стариков. Им же прохода на век-другой не будет от шуток и смеха. Ты иди, Кощей, иди, все равно обед еще не готов – не ждала тебя так быстро с охоты, да эти… подстреленные время отняли.

– Ну ладно, тогда пройдусь по замку, посмотрю, что да как.

Сразу за кухней меня ждал Кузя, который, опасливо косясь на мое довольное лицо, сообщил, что во дворе меня ждет Баюн. Вроде как у кота ко мне очень-очень важный разговор.

– Очень-очень важный, говоришь? – переспросил я и получил утвердительный кивок от посланца. – Тогда уже иду.

Баюн ждал меня возле фонтана. Рядом с котом стоял сундук из потемневшего, почти черного дуба с окованными уголками. Вид у котейки был измученный, словно тот пробежал большую марафонскую дистанцию или перепахал поле лично.

– Здорово, усатый-полосатый, – поприветствовал я его, находясь еще под впечатлением от недавней веселой сценки. – Что хотел? Смотрю, ты клад отыскал, пришел сдать и получить свои законные тридцать… или сколько там… процентов?

– Э-э, Кощей, – непонимающе уставился на меня кот, – какой клад?

– Вот этот, – стукнул я ногой по сундуку. – Или это твои личные вещи и ты просишь помочь с их доставкой по адресу? Тогда…

– Это твои вещи, Кощей, – перебил меня кот и быстро отскочил в сторону. – Твой сундук с дуба. Надоело мне, что цепь постоянно воруешь, – сам теперь его сторожи. Или верни цепь.

Новость была просто, просто… в общем, меня словно пыльным мешком прихлопнули. Баюн решил показать норов? Или его, в самом деле, довела до ручки постоянная нервотрепка с перемещением дуба, заказом новой цепи и так далее по списку?