— Конечно, если это поможет. — Шар хлопнул «племянника» по плечу, на первый взгляд легонько, но Тамани знал, что на этом месте будет синяк, — Разумеется, Тэму нужно окончить школу.

Директор не мог усомниться в искренности этих слов, но только потому, что Шара начал утомлять разговор. В груди потеплело, и Тамани понял: сеанс обольщения в разгаре. Они с Шаром договорились не стирать воспоминания о драке: слишком много свидетелей. Поэтому для полной конспирации они не будут использовать эликсир забвения, а Тамани примет любое наказание от руководства школы — если только оно не помешает его работе. Но раз уж Юки поблизости нет и магию учуять некому, проще всего добиться результата, обольстив директора.

И в этом Шару нет равных. Тамани всегда завидовал его таланту обольщать без физического контакта.

— Разумеется. — Директор расплылся в улыбке. — Итак, Дэвид Лоусон — с которым Тэм подрался — один из наших лучших учеников. Поскольку они оба получат по три дня отработки, мы решили, что за это время Дэвид мог бы позаниматься с вашим племянником. Думаю, вы согласитесь, что это довольно мягкое наказание, которое к тому же позволит мальчикам утрясти разногласия.

Тамани едва не застонал вслух. Что за бездарная потеря времени!

— Конечно, они будут под наблюдением, — продолжал директор, словно Шара это волновало. — А теперь не могли бы вы подписать парочку документов? — Он протянул лист бумаги.

Тамани покосился на Шара, но тот сделал вид, что не замечает взгляда.

— Хорошо. — Фей взял ручку и изобразил непонятную загогулину в графе для подписи.

— Прекрасно. — Директор Ростер поднялся со стула и пожал Шару руку. — Прежде всего мы желаем своим ученикам успеха, и родители или, в вашем случае, дяди — это главная движущая сила.

— Я прослежу за его успехами, — сказал Шар. — Позвольте мне поговорить с Тэмом наедине, прежде чем он вернется на урок.

— Конечно-конечно, — гордо кивнул директор. Уверенный, что Тамани предстоит еще один нагоняй, он открыл дверь и жестом показал в коридор.

Тамани спиной чувствовал, что директор провожает их взглядом до входных дверей. Они подошли к кабриолету, и Шар облокотился на дверь.

— Ну-с, молодой человек, — серьезно протянул он, — что вы можете сказать в свое оправдание?

Какое-то мгновение они молча смотрели друг на друга. Тамани хихикнул первым, и вскоре феи уже хохотали в голос.

Урок риторики был настоящей мукой.

Лорел физически ощущала повисшее в воздухе напряжение. И не только она: весь класс то и дело поглядывал на Дэвида и Тамани, которые старательно отворачивались друг от друга. Краем уха она слышала, как Тамани говорил Юки о наказании: три дня занятий с Дэвидом. Обсудить это ни с одним из них пока не удалось. Дэвид весь перерыв просидел с мамой в кабинете директора, а Тамани обедал с Юки. Челси уехала на соревнования по бегу, так что Лорел маялась в одиночестве.

— Итак! — Мистер Петерсен наконец-то начал урок через минуту после звонка — самую долгую минуту в жизни Лорел. — Сегодня каждый из вас сможет почувствовать себя оратором. В публичной речи конкретные слова не всегда играют решающую роль. Вы будете выступать от имени друг друга.

Он сделал паузу, как будто ожидал отклика. Все молчали.

— Каждый из вас получит текст объявления о знакомстве. У вас будет минута на то, чтобы его прочесть, и тридцать секунд — чтобы представить его перед аудиторией.

Ученики зашептались.

— Ваша цель как успешного оратора, — объяснял мистер Петерсен, перекрикивая шум, — убедить присутствующих встретиться с вами. Конечно, за стаканом чего-нибудь безалкогольного. — Хихикнув над неуклюжей шуткой, он откашлялся и продолжил: — На подготовку материала я потратил массу времени. Пожалуй, это упражнение я зачту как одну десятую оценки за месяц. Но не расслабляйтесь! — Класс недовольно загудел, и мистер Петерсен поднял руки. — Я раздам задания в случайном порядке. Попробуйте! Вот увидите, это весело.

Кажется, никто не поверил.

Следующие четверть часа Лорел сгорала от стыда за одноклассников и с ужасом ждала своей очереди. Все зачитывали приторные объявления мистера Петерсена, неестественно кривляясь и жестикулируя. Интересно, взрослые в самом деле пишут «сладкий Ромео ждет свою Джульетту» или «страстный, сексуальный и суперклевый»? Всерьез?

— Тэм Коллинз.

Соседки Лорел взволнованно зашушукались. Ей захотелось провалиться сквозь землю.

Тамани вышел к доске, взял у мистера Петерсена листик и стал внимательно его изучать. Наконец минута прошла.