— А слухи? — нетерпеливо спросил Дан.

— Слухи? — хитро улыбнулся Крафк. — Слухи известны всякому индаинцу. Считается, что в крепости полно призраков, но только один из них иногда выходит на набережную и даже покупает у торговок овощи.

— Сказки! — скривился Баюл.

— Может быть, — пожал плечами Крафк. — Ты был у южного бастиона?

— Был, — задумался Баюл. — И даже перекрывал кровлю на магической башне. Правда, не входил внутрь. Но в крепости давно никто не живет, кроме челяди, слуг да князя. Ну еще дружины.

— Дружины серых, — сухо подчеркнул Крафк. — По всем срокам Шаахрус должен давно умереть. Но со времен Черной смерти, когда крепость окончательно перешла в руки ангов, учет велся строжайшим образом. И ни в одной книге нет записи о смерти старого белу!

— Что ты хочешь сказать? — не понял Лукус. — То, что Шаахрус оградил свое жилище магией, умер и теперь бродит призраком по Индаину, а его истлевшее тело в тайном уголке крепости продолжает сжимать в кулаке Рубин Антара? Или он до сих пор жив?

— Идите к Жереду, — посоветовал Крафк. — Дома его не найдете, он прячется на правом берегу в храме Эла. Жеред вам поможет!

— И тут храм! — нахмурился Лукус.

— Не все храмовники негодяи, — поднял палец Крафк. — Священник Едрис приличный элбан.

— Наверное, ты видишь насквозь! — предположил Лукус. — Вот стал разговаривать с нами. А ведь на лбу у нас не написано, что мы друзья Леганда.

— На лбу не написано, — кивнул Крафк. — А вот на груди у вас висят священные камни ари, которые не могут попасть к случайным элбанам. Они стоят дороже золота. Они знак доверия!

Попрошаек на обратном пути не оказалось. Сначала банги, торопивший друзей к паромной переправе на правый берег Индаса, обрадовался опустевшим улицам и запертым лавкам, затем резко развернулся, ухватил за руки Лукуса и Дана и втащил в узкий проход между домами. Лукус попытался что-то возразить, но банги повлек друзей дальше, состроил страшную гримасу и буквально побежал вниз по переулкам, остановившись только у заплеванного берега мутного Индаса, чтобы свистом привлечь внимание перевозчика на утлой лодчонке.

— Не такие уж мы богатеи, чтобы раскатывать на лодках по Индасу, — пробурчал Лукус, с уважением глядя на мускулы молодого анга, бодро работающего веслами.

— Согласен, — кивнул Баюл, расставшийся с изрядной порцией меди. — Знаешь, кого я увидел только что?

— Ну судя по твоей прыти, наверное, демона? — предположил белу.

— Почти, — прошипел Баюл. — Мукка с дюжиной головорезов двигался навстречу! Я удивляюсь, как он нас не заметил.

— Мукка? — Белу побледнел.

— Я только теперь понял, почему после полудня улочки Индаина опустели, — скрипнул зубами Баюл. — Пираты выходят из гавани! Присматриваются… Скоро умоется кровью мой город!

Дан почувствовал, как холод пробирается за воротник куртки. Мимо медленно плыл обычный речной мусор. Перекрикивались моряки с проходивших мимо тихоходных вастских барж, влекомых бредущими по берегу лошадьми, кричали над головами птицы, и росла, увеличиваясь с каждым гребком, Индаинская крепость.

— Ты думаешь, он искал нас? — замирая, спросил мальчишка.

— Нет, конечно, — успокоил Дана Лукус. — Но если бы нашел, думаю, обрадовался бы. А у меня даже меча с собой нет!

— Не все войны выигрываются мечом, — пробурчал Баюл. — Каменщики тоже многого стоят. Вот посмотрите на этот мост, не один месяц я болтался в люльке под его арками, но ремонт-то делал простенький: водоросли счищал, мхи, ростки деревьев из занесенных ветром семян. Сам-то мост — ровесник крепости, а выглядит, словно только что построен! Если крепость хороша, меч вовсе не нужен.

— Всю жизнь за стенами не просидишь, — бросил Лукус. — Да и нет неприступных крепостей!

— Прав ты, конечно, — нехотя признал Баюл. — Когда меч на боку, как-то спокойнее. Впрочем, меня вполне устроила бы и пика Хейграста.

Вскоре под килем лодки заскрипел песок, друзья спрыгнули на вал прелых водорослей и анг вновь оттолкнулся от берега.

— Видите? — показал банги на возвышающийся над мрачными зданиями выбеленный известью купол. — Храм Эла. Священник из местных. Я его мальчишкой еще помню. Народу на улицах тут вовсе не должно быть, лавок мало на правом берегу, но ногами не топать и во весь голос не орать!

— А что толку? — поморщился Лукус. — Незаметными в такой компании — банги, белу и человек — оставаться трудно. Банги, кроме твоего больного на живот соседа, вообще пока не встретили, а все белу, что попались — старый служитель маяка, да труп гравера в холщовом мешке!

— Троица у нас приметная, — согласился с усмешкой банги. — Но мне наша компания нравится! Правда, подрасти я не прочь, хотя бы до твоего роста, но вот никак не выясню, какой травкой для этого надо питье заваривать?

— Есть такая травка, — недовольно пробурчал белу, вышагивая за Баюлом. — Только поможет она отчасти, ты просто подпрыгивать будешь время от времени, зато довольно высоко. Соседа твоего ею бы надо угостить. Моментально бы потроха свои прочистил!