Но было ли это «серьезное» лучше или хуже, чем та маска, которую он надевал для мира? Будь у нее хоть капля здравого смысла, она не стала бы над этим задумываться.

Доехав до поместья, Гаррет вырулил к дому Брук и остановился. Прежде чем взрослые успели сказать хоть слово, Молли наклонилась к Гаррету.

— Могу я зайти в дом и навестить кошек? — жалобно спросила она. — Пожалуйста, Гарт, можно?

Он слегка наклонил голову в сторону Брук.

— Если вы не против…

— Разумеется, нет. — Она тепло улыбнулась Молли. — А если у вас дела, Гаррет, я буду рада присмотреть за ней и привести ее домой, когда скажете.

Он, казалось, размышлял, и она начала надеяться, что ей не придется терпеть его тягостное присутствие.

— Пожалуй, я тоже останусь, — решил он.

— Но… — Брук едва удержалась, чтобы не застонать.

— Думаю, мне стоит получше познакомиться с вашими кошками, — вкрадчиво продолжал Гаррет. — Если уж мы собираемся прожить мирно это лето, то мне следует по крайней мере попытаться, вы не находите?

— Да, наверно. Но…

— А вам следует сделать усилие и подружиться с моими собаками, — решительно перебил ее Гаррет.

Внутри у нее все сжалось в протестующий комок.

— Не получится.

— Никогда не говорите «никогда». — Он вылез из машины, обошел ее и помог выйти сначала Молли, затем Брук.

— Держу пари, что вам удалось бы преодолеть вашу беспочвенную ненависть к собакам, если бы вы попытались.

— Она не беспочвенна, и это… вовсе не ненависть. Это страх. — Она прикусила губу, жалея, что сказала так много.

Гаррет взял у нее ключ и отпер дверь, затем постоял, пропуская их в дом.

— Расскажите мне об этом поподробнее, — ласково предложил он.

— Тут нечего рассказывать. — Брук повернулась к Молли и взяла руки девочки в свои. — Что бы ты хотела — поиграть с Гейблом и Ломбард или познакомиться с другими моими постояльцами? Держу пари, тебе понравился бы кот миссис Свон, Пуки, он любит, когда его ласкают.

Гаррет одарил Брук самодовольной ухмылкой, затем, обращаясь к Молли, сказал:

— Еще бы, кому это не понравится!

Молли улыбнулась и кивнула.

Ах, невинное детство!

В то время как Молли играла с кошками, Брук еще раз оказалась в роли хозяйки для отца девочки. Отчего-то теперь он казался ей более… опасным в этой домашней обстановке, чем там, в Боулдере, за столиком кафе. Они пили чай со льдом, и Брук осторожно, поверх высоких стаканов, приглядывалась к Гаррету.

За последние полчаса он стал как-то спокойнее, словно у него изменилось настроение. Интересно, почему, но лучше не спрашивать.

— Брук, — начал он необычно серьезным тоном, — я должен кое-что…

— Не сейчас, Гаррет, — слишком живо отозвалась она. — Почему бы вам не рассказать мне, как вам понравился Боулдер? Вы видели далеко не все, что следует там посмотреть, но все же, думаю, достаточно, чтобы у вас сложилось представление…

— Забудьте о Боулдере. — Он подался вперед и поставил стакан на столик между ними в ее гостиной. — Мне правда нужно поговорить с вами о вещах куда более серьезных.

Она отстранилась от него.

— Не думаю, что мне будет приятно услышать это, — сказала она срывающимся голосом.

— Не хотелось бы настаивать, но придется. Я и так слишком долго откладывал этот разговор. — Без дежурной улыбки лицо его выглядело более худым и жестким. — Какова ваша цена, Брук?

— Моя цена на что?

Это слетело с языка прежде, чем она дала себе время подумать. Но это нелепое замечание обернулось непредвиденной выгодой: он улыбнулся.

— А, — мягко сказал он, — можно вносить предложения?

— Нет, конечно, нет. — Она смущенно покусывала нижнюю губу. — Вы ведь говорите о… моем доме?

Он кивнул.

— О доме и земле, которая к нему прилагается. Брук, мне нужны они… Мне очень нужны они. И я намерен получить их. Я не знаю, почему Кора оставила их вам.

— Я тоже не знаю, почему она это сделала.

Гаррет посмотрел ей в глаза, словно решая, стоит ли верить ее словам.