Клэр охватил ужас при мысли, что войдет тетя Хильда и увидит их в одной постели. Она что было сил пихнула Робина в грудь, выскочила из постели и стала застегивать пижаму. Пальцы ее не слушались. На пол посыпались оборванные пуговицы.

— Ты все испортил! Ненавижу, ненавижу тебя за это!

Робин встал, захлопнул дверь и привалился к ней спиной. Он был бледен и зол, как черт.

— Я и не подозревал, что ты так боишься секса. А я-то, дурак, всегда восхищался твоей верностью. Да только теперь я понял, что тебе не стоило никакого труда ее хранить. Не могу поверить, чтобы женщина, так долго не видевшая любимого, не испытывала к нему хотя бы немного страсти. Выходит, у тебя теплые руки, но холодное сердце. Ну а мне вовсе ни к чему притворяться, будто меня не волнует секс — он меня очень даже волнует. Если ты не желаешь заниматься со мной любовью, скажи об этом лучше сейчас. Мне не нужна фригидная жена, которая отдается мужу только из чувства долга.

Клэр до боли стиснула руки.

Неужели это наяву? Не может быть! Нет, это не мой Робин!

— Давай поговорим начистоту, Клэр. Ты что, на самом деле испытываешь отвращение к сексу?

Начистоту? Но ведь она и так от него ничего не скрывает. Боже мой, неужели он не понимает, что сейчас ей нужно остаться одной?..

— Я люблю тебя, Робин. Клянусь тебе. Если бы ты только мог понять…

— Мне кажется, я только сейчас и начинаю тебя понимать.

Он отказывался верить в то, что эта красивая девушка может быть фригидна. И все же, все же… Он вспоминал, как робки были ее поцелуи, как боялась она долго оставаться с ним наедине, как пыталась высвободиться, стоило ему обнять ее покрепче. Да, Клэр на самом деле фригидна. И дело не в том, обвенчаны они или нет. Дело совсем в другом.

— Нет, ты меня не понимаешь. Ты сейчас напомнил мне… грубое животное, — сказала она.

Слова вылетели сами собой. Это были слова отчаяния, но Клэр понимала, что они точно выражают суть случившегося.

Робин провел ладонью по глазам. Он давно протрезвел и владел теперь собой лучше, чем Клэр. Как же он злился на эту девчонку!

Клэр молча подошла к туалетному столику, взяла кольцо и протянула Робину.

— Возьми. Я никогда не стану твоей женой. Ты совсем не такой, каким я тебя представляла. Я никогда не буду счастлива с тобой. Очень хорошо, что я поняла это сейчас, когда не поздно еще все изменить.

Робин взял кольцо и открыл дверь.

— Я не останусь здесь. Сейчас соберу вещи и уйду. Найду, где переночевать.

— Не сомневаюсь, И девушку найдешь, которая согласится с тобой переспать, — в отчаянии сказала Клэр.

— Спасибо за подсказку.

Она слышала, как хлопнула входная дверь. И тут же открылась дверь в комнату тети Хильды.

Спотыкаясь, Робин брел по улице. Лицо его пылало от гнева. Снова кружилась голова. Он проклинал девушку, которая так глубоко его разочаровала.

Когда-то давно он частенько захаживал в один ночной клуб возле Найтбридж. Выяснилось, что клуб этот еще существует, более того — он был открыт. Оказавшись внутри, Робин испытал облегчение — тепло, горит свет и почти не слышно, как снаружи рвутся бомбы.

Ему улыбнулась какая-то незнакомая девушка, и на душе стало полегче. Он отправился к бару и сразу же увидел старого приятеля по Ноттингему. Оказывается, тот тоже был в отпуске. Друзья сердечно обнялись. Робин заказал выпивку и принялся изливать душу.

Приятель ему очень посочувствовал.

— Так вы, значит, не женитесь? — уточнил он.

— Похоже, что нет, старина.

— Неужели ты сразу не догадался, что она фригидна?

— Представь себе, нет. Понимаешь, до сегодняшнего дня я вел себя пристойно, а поэтому мне и в голову не могло прийти, что у нее заскок по поводу секса.

— Да, от такой девушки проку мало, — заметил приятель.

— Но это какая-то злая шутка природы. Ведь ее мать отнюдь не фригидна.

— А ты-то откуда знаешь? — не без иронии поинтересовался приятель.

— Не только я. Пол-Англии знает. Лет двадцать назад ее мать стала причиной ужасного скандала, разразившегося в высшем свете. Мой отец до сих пор помнит все в подробностях. Понимаешь, эта дама бросила одного очень известного баронета и сбежала с его егерем. Ее зовут леди Чаттерли.

На следующее утро Клэр разбудила тетя Хильда.

Девушка вскочила и вдруг поморщилась от страшной головной боли. И все вспомнила. Господи, как же больно, больно…

— Боже мой, Боже мой, — бормотала она.

Тетя Хильда, полная румяная женщина в зеленой форме женской добровольческой службы, курила сигарету и смотрела на племянницу своими круглыми, словно всегда слегка удивленными, синими глазами.

— Что произошло ночью? Твой жених не приехал? Я вижу, его постель не смята.

— Он не остался ночевать, — сказала Клэр. — Тетя Хильда, не спрашивай меня ни о чем, ладно? Иначе я опоздаю на работу.