— А как вы думаете, у него есть шансы вернуться к нормальной человеческой жизни? Вы понимаете, о чем я?

— Да, я понимаю вас. Трудно сказать. По крайней мере, надежда есть. А остальное покажет время. Но капитан Тэлбот такой очаровательный человек, что, проведя с ним всего несколько минут, забываешь о дефектах его внешности.

— Но ведь мы с вами, мисс Элертон, чего только не повидали, работая в госпитале. А вот Ивлин, то есть миссис Тэлбот, едва не лишилась чувств, когда увидела Колина без бинтов. И на него это подействовало самым удручающим образом.

— Увы, все еще осложняется этими проклятыми стрептококковыми инфекциями, — заметила мисс Элертон. — А поэтому сэру Артуру иногда приходится снова и снова приживлять на одно и то же место все новые лоскуты кожи. Если вы заметили, левое веко капитана Тэлбота все еще деформировано, а его нижняя губа уродливо раздута.

— Господи, и все-таки я надеюсь, что миссис Тэлбот удастся преодолеть себя, — пробормотала Клэр. — Ведь бедняга только ею и живет. Она одна способна облегчить его муки и страдания.

На следующий день Ивлин зашла к Клэр домой. Пип дома не было. Поприветствовав гостью, тетя Хильда оставила подруг наедине.

— Колин хочет, чтобы я уехала на Мальту, — заговорила Ивлин, отпив глоток виски. — Быть может, он прав. Ему предстоит еще столько операций, и я…

— Господи, но неужели тебе хочется ехать? — вырвалось у Клэр. — Ведь ты сама понимаешь, может пройти не один и даже не два года, прежде чем он снова станет нормальным человеком.

Из глаз Ивлин брызнули слезы.

— Дорогая Клэр, я не могу, не могу причинять ему новую боль. Он и так уже столько натерпелся. Я… я не обладаю твоей силой воли. Знаю, ты можешь сидеть и разговаривать с ним как ни в чем не бывало. Я так не могу. Я испытываю… да, я испытываю самое настоящее отвращение, когда вижу его обезображенное лицо!

— Ты должна перебороть себя.

Клэр почувствовала, что Ивлин начинает ее раздражать.

— Я стараюсь, стараюсь… — Ивлин разрыдалась и закрыла лицо руками. — Я только и делаю, что стараюсь себя перебороть. Но я такая слабовольная. Я… я не знаю, что мне делать!

Клэр билась с Ивлин целый час. Подруга была так жалка в своем бессилии себя перебороть, что у Клэр не хватало духа ее презирать. Ну да, слабость воли — это тоже своего рода болезнь. У Ивлин она прогрессировала. Она призналась Клэр, что ей хочется вскочить и убежать как можно дальше, когда Колин касается ее руки. Когда же он несколько дней назад сделал попытку ее поцеловать, она чуть было не упала в обморок.

Услышав все эти откровения, Клэр ужаснулась. Она сидела и смотрела на подругу округлившимися от изумления глазами.

— Ты, я думаю, меня презираешь, — упавшим голосом сказала Ивлин.

— Нет. Просто пытаюсь понять.

— Ты хочешь сказать, что ты… ты бы справилась с собой, если бы любила… если бы Колин был твоим мужем?

— Мне трудно ответить на твой вопрос. Ведь я никогда не была в твоей шкуре.

Сказав это, Клэр покривила душой — ей не хотелось добивать окончательно и без того раздавленную страданиями Ивлин. Она почему-то верила, что никакие самые страшные ранения и уродства не заставили бы ее отшатнуться от любимого человека. Напротив, еще бы больше полюбила его. За страдания и муки, которые выпало ему претерпеть. Душа в человеке главное, а не тело. Душа.

Но я не могу быть судьей, думала Клэр. Я сама всегда испытывала страх перед любовью. Только лицемеры могут осуждать ближнего.

Ивлин между тем рыдала, уронив на стол голову.

— Господи, что происходит со мной?.. Ты мне не поверишь, Клэр, но я так люблю Колина. Люблю, люблю… И в то же время я не могу, не могу прикоснуться к этому ужасному… этому страшному…

Клэр встала. Ей было невыносимо слушать Ивлин.

— Слезами горю не поможешь, — сказала она. — Быть может, тебе на самом деле стоит уехать на Мальту.

Ивлин вдруг замолкла, подняла голову и посмотрела на подругу сквозь слезы. Как же она похожа на ребенка, разбившего чашку! — подумала Клэр. Жалко, а черепков уже не склеить. Как странно, что мужественный и сильный духом человек влюбился в такую слабовольную девушку. Колин страждет вечной всепоглощающей любви, Ивлин на такое чувство не способна.

— Помоги мне! — воскликнула Ивлин.

Это был настоящий вопль души.

Что могла сделать Клэр? Ну да, она пообещала подруге как можно чаще проведывать Колина в отсутствии жены и внушать ему, что Ивлин любит его всем сердцем, а уехала на Мальту только потому, что такова была его воля.