— Я уже слишком большая для такого платья, — упрямо твердила Пат.

— Ладно, — согласилась Лиз, — давай пойдем на компромисс. Надевай джинсы, но свитер другой — вот тот, апельсиновый.

Патриция задумалась, потом сделала над собой видимое усилие и поставила еще одно условие:

— Тогда я надену свои лакированные туфли. Можно?

— Ну а почему бы нет?

Неужели все матери проходят через такие мучения? Лиз все больше в последнее время жалела, что не приглядывалась в свое время, как Джейн управлялась с дочкой. Она помнила, что сестра никогда не повышала голоса и не наказывала Пат. Может быть, это подходило к тому возрасту девочки, а как сломить ее упрямство сейчас?

Лиз как стояла на коленях на полу, так и осталась стоять, пока ее племянница надевала джинсы, голубую полотняную рубашку и оранжевый свитер. Она не могла не признать, что получился неплохой ансамбль. Конечно, девочка не выглядела маленькой пастушкой из прерий, что могло бы без сомнения тронуть каменное сердце ее папочки, но в целом она была недурна.

— А шляпку надевать? — полувопросительно, полуутвердительно поинтересовалась Пат. Между тем она уже напялила на себя, вытащив из дальнего угла шкафа, что-то вроде берета, отороченного искусственным мехом. У Лиз больше не было сил бороться, и она смирилась.

— Ты выглядишь прекрасно, — с фальшивым энтузиазмом заверила тетя племянницу.

Простодушная девочка приняла восторги Лиз за чистую монету и самодовольно улыбнулась. А потом довольно наблюдательно заметила:

— Слушай, твой друг — это, наверное, что-то особенное. Ты после долгого перерыва сменила джинсы на юбку!

— Он вовсе не мой друг!

Лиз сказала это с искренней убежденностью. Но она не была бы женщиной, если бы в этот момент не глянула на свое отражение в зеркале и не отметила, что обтягивающая бедра юбка, выдержанная в зеленоватых тонах, и свободный коричневый джемпер ей весьма идут. Она примерила жемчужное ожерелье, других украшений у нее не было. Но решила не надевать его, потому что сразу стала бы похожа на школьницу, стащившую у мамы драгоценность.

— Он не мой друг, просто он знал твоих родителей. — Она и не соврала, но и правды не сказала.

Девочка никак не прокомментировала услышанное. Она старалась ни в какой ситуации не упоминать о Джейн. Долгие месяцы после смерти матери глаза девочки наполнялись слезами, как только кто-нибудь произносил ее имя. Время стерло остроту утраты, и Патриция выработала вполне реалистичную оценку жизни. Дети вообще обладают здравомыслием в большей мере, чем взрослые.

— Мама никогда не упоминала имени какого-нибудь своего знакомого.

Пат сказала это, следуя за Лиз из спальни и не смущаясь тем, что ведет разговор со спиной тети. А та иногда вздрагивала от неожиданно взрослых комментариев племянницы. Лиз считала, что единственный ребенок в семье слишком быстро взрослеет, потому что редко общается с себе подобными, проводя практически все время в обществе взрослых.

— Может быть, она и упоминала, а ты просто забыла, — не оборачиваясь, заметила Лиз. — Но это сейчас не важно. С его стороны было очень мило пригласить нас пообедать. — Мило? Да уж! Если бы!

Они сели в большой автобус компании «Грей хунд» и прибыли на остановку, ближайшую к нужному ресторану, чуть раньше назначенного времени. Жизнь в заведении кипела. Громко играла музыка, деловито сновали официанты и официантки. Они несли с удивительной сноровкой на одной руке огромные блюда, уставленные разной снедью. Посетителей было великое множество. Казалось, все забыли, что в воскресенье надо предаваться тихому семейному отдыху.

Лиз заказала прохладительные напитки обеим и потягивала из своего стакана безалкогольный коктейль маленькими глотками, стараясь подавить нарастающее волнение. Она боялась выпить все, потому что Ричард тогда поймет, что они пришли в ресторан слишком рано, взволнованные предстоящей встречей с ним.

Желудок Лиз подвело от волнения и голода. Она старалась смотреть только на девочку, но ей никак не удавалось сосредоточить взгляд. Глаза то и дело обращались к двери. Она смотрела и ждала, ждала и смотрела. Девушка отвлеклась буквально на секунду, когда наклонилась поднять салфетку, которую девочка уронила на пол.

Выпрямившись, Лиз обнаружила, что рядом с их столиком возник Ричард. Пат уставилась на него с нескрываемым любопытством, а он был просто поражен. Лиз отметила это, и ей было понятно, что произвело на него такое впечатление. Когда девочка и мужчина оказались вместе, их сходство было просто разительным. Оттенки их волос были абсолютно одинаковыми, рисунок и цвет глаз, форма губ — тоже. Они были зеркальным отражением друг друга.

— Привет! — Лиз опомнилась первой. Ричард наконец оторвал глаза от дочери и сел за стол. — Рады видеть вас. — Ей очень хотелось, чтобы по ее тону Пат поняла, что ее тетя действительно рада старому приятелю и другу семьи. — Ричард, я хочу представить вам свою племянницу Патрицию.

— Здравствуй, Патриция, рад познакомиться с тобой. Ты удивительно красивая девочка! — Мужчина произнес эту фразу с некоторым смущением. Чувствовалось, что он не привык к такого рода собеседникам. — Я вот принес тебе небольшой подарок. — Ричард достал из кармана небольшой пакет. — Я знаю, что произошло с твоими родителями, и выражаю тебе сочувствие.