– А потом к ней подошел Леня, и я обратила внимание, что он прямо без ума от нее. – Теперь голос девушки зазвучал более ровно и уверенно. – Ну а дальше было, как всегда бывает. Они поболтали, пообщались. Она, кажется, пила сок, он выпил немного вина. Леня вообще пил мало… Потом я и не заметила, как они исчезли. Я-то ушла поздно, среди последних гостей… Задержалась, чтобы помочь убрать со стола.

– А как же тот парень, который привел Иру на вечеринку?

– Не знаю. Ее-то я заметила, а вот его совершенно не помню.

– Но почему же сам Сергей тоже не помнит его? – удивилась Татьяна. – Это все-таки был его день рождения, а туда случайные люди с улицы, как правило, не попадают! Если он не знал Иру, то должен был знать ее спутника!

Дуня полностью согласилась с этим, но тем не менее ничего сказать не смогла. Она только добавила, что ей припоминается, будто тот парень большую часть вечера простоял на балконе с сигаретой. Она даже натолкнулась на него, когда тоже хотела выйти туда покурить.

– Но балкон у Сереги такой маленький, нелепый… Там место только для одного. Знаете, какие балкончики бывают в сталинских домах? Так что я увидела его и сразу вышла на лестницу.

– А лица его вы так и не рассмотрели? Он обернулся, я думаю?

Дуня сказала, что парень был примерно ее ровесником, ей самой двадцать три. Плотный, одет был, кажется, в джинсы…

– Если бы он чем-то выделялся, я бы точно запомнила, – с сожалением произнесла девушка, – но у него было совершенно неприметное лицо… Ах, да! Он кашлял!

– Кашлял? – переспросила Татьяна, одновременно пытаясь вспомнить, не было ли у Петра манеры покашливать. – Он был простужен?

– Скорее, слишком много курил. Я этот кашель знаю! – оживилась девушка. – Я запомнила это потому, что он при этом держал в руке сигарету. Еще подумала – что за удовольствие курить, когда у тебя горло не в порядке?

– Еще один вопрос, Дуня. Какого числа была эта вечеринка?

– Восемнадцатого февраля, – точно ответила девушка. – Вообще-то, у Сереги день рождения шестнадцатого, но в тот день он работал, вот и перенес праздник на два дня.

– И в феврале вы ходили курить на балкон?

– Балкон застекленный, – заметила Дуня. Ветер трепал ее светлые волосы, и она досадливо отводила их с лица. – Там было не намного холоднее, чем сейчас, на улице… Но все же прохладно.

Татьяна подумала, что, если парень был простужен, ему вряд ли следовало выходить на балкон в такую погоду. А он стоял там довольно долгое время. Почему? Прятался от кого-то? Но не от Иры же? И что, в конце концов, значил этот странный поступок Ирины – взять да уйти с незнакомым парнем, бросив своего кавалера? У них вышла ссора, которая окончательно довершила разрыв? И этот жест был всего лишь вызовом? Может, Ира просто-напросто хотела его поддразнить, вовсе не думая, что все закончится так серьезно?

– Кто же все-таки пригласил эту пару? – спросила Татьяна. – По крайней мере, этот парень беседовал с Сергеем? Тот его знал?

– Да Серега был настолько пьян, что даже меня временами не узнавал! – усмехнулась та. – У него и спрашивать бесполезно, он вообще ничего о том вечере не помнит. А вот кто их впустил… Это же было при мне… Минутку! Позвонили, кто-то из наших пошел и открыл дверь, потом в комнате появилась Ира…

Подумав минуту, девушка призналась, что в такой сутолоке, среди множества гостей, да еще при совершенно пьяном хозяине эта пара действительно могла появиться просто с улицы и никто бы их не разоблачил как самозванцев.

– Я что-то не припоминаю, чтобы они вообще с кем-то разговаривали. Может, просто зашли на огонек?

Она выбросила окурок и выразила желание вернуться за стол. Ей было холодно – погода резко портилась, а Дуня вышла на улицу без пиджака. Татьяна вернулась вместе с ней, хотя садиться за стол не собиралась. Да и поминки уже подходили к концу. Многие поднялись из-за стола и стояли в углу возле урны. Гости курили и обменивались немногословными тихими замечаниями. Мать Леонида все еще сидела во главе стола, с каменным видом. На ее лице не было написано ничего – оно приобрело какое-то безжизненное, бесстрастное выражение. Татьяна постаралась проскользнуть мимо нее незамеченной и сразу направилась к Сергею.

Парень уже был сильно пьян, но тем не менее налил себе еще. Было ясно, что еще пара рюмок – и его развезет настолько, что один до дома он не доберется. Нелли, сидя рядом, тихонько уговаривала его больше не пить, но тот даже не поворачивал головы в ее сторону. Отвернувшись к своему соседу слева, он горячо втолковывал ему что-то, не имевшее отношение к поминкам. Кажется, речь шла о каком-то просроченном платеже. Татьяна решила отбросить всякую осторожность, которую она до сих пор соблюдала, и действовать напрямик. Она подошла к парню сзади и тряхнула его за плечо:

– Петр Врач – ваш знакомый?

Тот слегка покачнулся. Она почувствовала, что еще немного – он сползет со стула. Слава богу, сосед его поддержал. Нелли только жалобно пискнула:

– Уже набрался!

– Кто-кто? – еле выговорил он, с трудом находя взглядом Татьяну.

Она встала так, чтобы видеть его лицо.

– Петр Врач, – отчеканила она. – Врач – это такая фамилия.

– Не знаю. Первый раз слы…

Его лицо исказилось и разом покрылось потом. Он что-то пробормотал и сделал попытку выбраться из-за стола. Сосед рывком поднял его со стула и уволок куда-то – видимо, в туалет. Нелли сидела очень расстроенная и прикрывала глаза ладонью.