Но он уже говорил. И как она и ожидала, речь шла об Ире. Почему она знала это еще до того, как муж успел открыть рот, – Татьяна не понимала. Может, потому, что у него в тот миг было такое странное выражение лица – виноватое и одновременно замкнутое. Таким он был, когда узнал о смерти дочери. Невероятное выражение – будто он чувствовал за собой какую-то вину и не мог в этом сознаться.

– Я все думал о том, как она изменилась, – говорил муж, не глядя в сторону Татьяны. – Она ведь прежде была совсем другая… А может, я и не знал, какая она была…

«Мои слова. Но почему у него такое странное лицо? Он волнуется и не смотрит на меня!» Женщина достала сигарету. Дверцу она оставила приоткрытой, и дым поплыл по ветру, завиваясь в свете горящей напротив витрины. Мимо шли люди – кто-то с покупками, кто-то с собакой на поводке, с ребенком в коляске… Люди двигались совсем рядом, а ей казалось, что они далеко. Как на экране телевизора.

– Я все пытался понять, когда она вдруг стала меняться… Завела себе кого-то, забеременела… Ничего нам не говорила. И тут – эта смерть. Она же умерла так, будто была совсем одна на свете! Что с ней было в те три дня, а?

Женщина покачала головой:

– Я пытаюсь узнать.

– Но ничего хорошего, ведь так? А она не позвонила нам. Если ей было плохо – почему она не позвала на помощь, как ты думаешь?

Татьяна отвернулась – у нее сжималось горло, его терзали резкие, мелкие спазмы. Справившись с собой, она ответила, что, видно, в те дни она мало думала о своих родителях. Как ни трудно себе это представить…

– Может, она в нас тогда не нуждалась, – ответила она. – А может, и не могла позвонить.

– Позвонить всегда можно! Она просто не хотела! – неожиданно резко и уверенно ответил ее супруг.

– Откуда ты знаешь?

Но он как будто не слышал ее возмущенного вопроса. Слегка ударив ладонями по рулю, Алексей продолжал:

– Она не хотела нам звонить! Если что и случилось нехорошее – нас бы она не позвала! Тебя еще – может быть, а вот меня – нет! Нет! И я понял почему… Я и думать не мог, что это так ей в голову засело… Это было, когда она еще училась в последнем классе. После Нового года… Хотя по-настоящему все это началось перед Новым годом.

– Что? – вырвалось у нее. Она не могла больше слушать весь этот загадочный бред.

– Я все думаю, что это изменило ее…

Она встретила его измученный взгляд. Ему в самом деле было скверно, и вряд ли дело было в физической боли. Татьяна осеклась.

Полтора года назад муж начал встречаться с Катей. Он познакомился с нею в ее универсальном магазине – новеньком, с иголочки гиганте из стекла, синеватой стали и облицованного гранитом бетона. Автоматические двери, кондиционеры, фонтанчики, эскалаторы – настоящий храм, прообраз земного рая, где все к вашим услугам. Зайти в такое место всегда приятно, даже если ничего не собираешься купить. Погуляешь, посмотришь, а потом возьмешь и купишь что-нибудь…

Татьяна слушала мужа с широко распахнутыми глазами – ей и в голову не приходило, что ему могут доставлять удовольствие прогулки по магазинам. Сама она тоже этим пороком не страдала. Зато Ира – та была идеальной покупательницей, жертвой всевозможной рекламы… Единственным, что мешало ей скупать все подряд, было постоянное отсутствие карманных денег.

– Мне просто на работе кто-то сказал, что магазин хотя и крутой, а цены там нормальные, – как будто оправдываясь, сообщил Алексей. – А я как раз хотел подарить вам с Ирой что-нибудь к Новому году. Ну не могу же я таскаться по рынкам – я же ничего в шмотках не понимаю! Там могут такое подсунуть… Я выделил деньги, решил пойти в этот магазин. Тем более мне сотрудница еще и карточку предложила.

Дисконтные карты постоянных клиентов давали скидку в отделах этого магазина – иногда до пятнадцати процентов. Документов и фамилий там не спрашивали, и карточка окончательно убедила доверчивого Алексея, что стоит навестить этот храм торговли.

Катя работала в отделе трикотажа известной итальянской фирмы. Алексей сразу отказался от попытки разобраться на полках с разложенными свитерами и кофточками – он потерялся, как от изобилия выбора, так и от его скудости, – все вещи были приблизительно одной гаммы – черные, серые, синие… Эти цвета порядком поднадоели ему и наводили тоску. Катя, подошедшая с милейшей улыбкой, предложила ему помочь.

Молодая женщина поинтересовалась, что именно его интересует, и принялась предлагать товар. Безусловно, все вещи были прекрасного качества, но Алексей никак не мог решиться на покупку. Наконец он робко осмелился высказать свою точку зрения – очень уж все это траурно. А он ищет подарки для двух женщин, одна из которых – совсем молоденькая… Его дочка.

Продавщица не стала обижаться на критику. Она даже засмеялась и ответила, что он прав – не все любят темные тона, да и не всем они идут. Но ведь есть еще и белые вещи, а также бежевые… Короче, белую кофточку для жены Алексей все-таки приобрел.