— Думаю, я справлюсь с ненормальными командами-проклятиями, — доверительно сообщила Кундалини. — Они подобны вторжениям тибетских доновв уровень сознания, называемый алайя. —Впервые в жизни Пэрриш задумалась, а сколько, собственно, прожила на свете ее мудрая наставница. — Я полностью отключу мой разум от тела. Программы смогут проходить через меня, но им в любом случае не удастся проскочить мимо моего временного барьера. Вы только одно скажите — кого мне искать?

— Помимо желания Фьюсмита отомстить мисс Максфилд, главный мотив его гнусных деяний — деньги. Поэтому мы хотим узнать о чем-то таком, что напоминает трюк, который этот тип проделал в банке. Что-нибудь связанное с наличными деньгами или ценностями, — ответил Страйн, до этого довольно невежливо закатывавший глаза во время столь странного разговора.

— Отлично, все понятно. Дайте мне пять минут, чтобы я смогла подготовиться. После этого можете показывать мне ваш фильм.

Гластонбери не стала принимать позу лотоса, а лишь легла на спину и расслабила мышцы.

— Поза мертвеца, — шепотом пояснила Пэрриш.

Когда прошли оговоренные пять минут, Пэрриш встала над Кундалини так, чтобы «палм-пайлот» находился у той прямо перед глазами. Затем один за другим начала запускать файлы с программами Фьюсмита.

За исключением нескольких слабых конвульсий, Гластонбери внешне никак не проявила каких-либо реакций на увиденные ею команды.

Очевидно, ее Второй Уровень и Центральная Исполнительная Структура были полностью отключены от моторных циклов программы.

— О господи! — пробормотал Страйн. — Никогда бы не подумал, что такое возможно…

Пэрриш выдержала достаточно долгую паузу, чтобы только не одарить своего нового напарника злорадной улыбкой.

Наконец директория закончилась. Профессор Максфилд вернула демоническое устройство Страйну, и тот засунул его себе в карман. Им пришлось несколько минут подождать, прежде чем Гластонбери вышла из состояния транса.

— Ух! У меня такое ощущение, будто я целых три дня сражалась со злобными духами!.. Технология абсолютно извращенная. Надеюсь, Пэрриш, ты сделаешь все, чтобы она дальше не распространялась.

— Конечно, махатма!

— Ну-ну, не торопись. Какие-нибудь ключи к разгадке имеются? Может, вы припомните что-то такое, что поможет нам?

Гластонбери устремила пронизывающий взгляд на Страйна.

— Прежде чем я загляну в свой магический кристалл, вы должны позолотить гадалке ручку, — заявила она.

Страйн тут же потянулся за бумажником, но замер, услышав смех обеих женщин. Он раздосадованно засунул его обратно и тоже расхохотался.

Когда все трое отсмеялись, Гластонбери сказала:

— Кое-что показалось мне важным. Какие-то люди указывали на гигантский телевизионный экран, установленный на здании. Затем на экране стали появляться изображения, указывавшие, что им нужно делать. Все это связано с деньгами. Остальные детали были нерезкими, как будто окутанными дымкой. Боюсь, мой Второй Уровень не такой общительный, как ваш, особенно после такого неестественного насилия.

— Гигантский телеэкран на большом здании… Значит, точно не стадион… Скорее всего большой экран на Блэкмор-сквер. Едем туда!

Гластонбери проводила их поклоном. Пэрриш ответила тем же.

Следует отдать должное Страйну: он попытался скопировать элегантные движения женщин, хотя, по мнению его добровольной помощницы, сделал это с грацией фигурки, подвешиваемой над приборной доской автомобиля.

Взвинченный до предела, Рон Фьюсмит стоял в нескольких футах от припаркованного грузовика «уэллс-фарго» и разглядывал свою забинтованную левую руку. Под повязкой скрывался смертоносный «палм-пайлот». Опасаясь открыто демонстрировать зловредный инструмент — после случая в банке полиция наверняка интересуется людьми с подобными штучками, — Фьюсмит придумал хитроумную уловку.

К тому же при виде забинтованной руки жертва наверняка проявит к нему сочувствие, что, в свою очередь, поможет ей сосредоточить внимание на экране карманного компьютера.

Несмотря на нервное возбуждение, Фьюсмит не сомневался в успехе задуманной операции, испытывая непоколебимую уверенность. Ведь стратегию принуждения он выбрал из числа истинных шедевров. Категорический приказ из старого телесериала «Супермен»; пара эпизодов из шедевра кинофантастики «Странные дни»; эпизоды, в которых фигурирует толпа, из фильма «Коттон приезжает в Гарлем»… Что к этому добавить? Когда Вилладин запустит эти разрушительные образы в кинопроектор гигантского плоского экрана — пока что мозаика его панелей была занята видеосюжетами, транслируемыми Си-эн-эн, — разразится тщательно спланированный хаос, и тогда Фьюсмит под шумок захватит содержимое бронированного автомобиля — целый миллион баксов, если не больше, в безопасных, немаркированных банкнотах.