Надя. Третьего дня…

Федя. За добавочной порцией на кухню мотался.

Надя. Ну, конечно! Погоди, придет, я ему дам духу!

Андрей. Товарищ военфельдшер! Сядьте. Успокойтесь. Разденьтесь. Остыньте. А то, смотри, от тебя уже начинает пар идти. Выпей кружечку чаю.

Надя. Спасибо.

Федя. Клади сахар. Что слыхать нового?

Надя. Только что к нам доставили одного раненого бойца из-под самых Петушков. Так он говорит, что гитлеровцы впереди своих позиций выгородили такую громадную стенку из снега — километра на полтора. Облили водой, и теперь она как каменная. Вот сволочи!

Федя. Отчаянно сопротивляются.

Андрей. Ничего. А погода как? Метет?

Надя. Утихает. Звезды уже кое-где видать.

Андрей. К утру утихнет?

Надя. Похоже, что утихнет.

Андрей. Не мешало бы. Еще кружку, Надюша.

Телефонист (в телефон). Картошка слушает. Хорошо. В порядке.

Федя (напевает). «Счастья кусочек — синий платочек…»

Те же и Вася.

Вася (с грохотом тащит по ступенькам большой ящик). Встать, смирно! Ух ты, тяжелый! Насилу дотащил. Ну-ка, ребята, пособите! Что это у нас как будто народу прибавилось? А, товарищ военфельдшер! Я так и предчувствовал, что у нас в блиндаже один лишний человек. Даже два лишних подарка захватил. На всякий случай. Это мне, наверное, сердце подсказало. Верно? Здравствуйте.

Надя. Товарищ Девяткин! Вы опять нарушили режим, который я вам предписала! На каких условиях я вас оставила на переднем крае? Вас оставили на переднем крае исключительно на том условии, что вы будете подчиняться режиму. А вы не подчиняетесь режиму. Вам надо лежать и не ходить, а вы встаете и ходите. Вы не бережете свою ногу. Она у вас никогда не заживет.

Вася. Так она уже давно зажила. На мне ж все царапины заживают, как на собаке. Раз-раз — и готово.

Надя. Какая ж у вас царапина, когда у вас рана!

Вася. Да где ж там рана, когда царапина!

Надя. У вас сквозное пулевое ранение верхней трети бедра правой ноги.

Вася. Подумаешь, ранение! Я понимаю, если у человека голову отрывает — это ранение. А то небольшая, аккуратная дырочка в мягком месте. Она мне совершенно не мешает.

Надя. И не болит?

Вася. И не болит.

Надя. А ну, пройдитесь.

Вася. А для чего это?

Надя. Пройдитесь, или я вас немедленно отправлю в госпиталь.

Вася. А они за это время Петушки возьмут? Нет уж, извините. (Прохаживается перед Надей, стараясь не хромать.)

Надя. Только не симулируйте.

Вася. Я не симулирую.

Надя. Температура нормальная?

Вася. А я даже не знаю, что это за ненормальная. У меня всегда нормальная.

Надя. Рыбий жир принимаете?

Вася. Какой рыбий жир?

Надя. Который я принесла в бутылке и велела принимать для общего укрепления организма три раза в день по столовой ложке.

Вася. Ах, тот, в бутылке?..

Надя. Вы его принимаете?

Федя. Он его в тот же день весь съел с хлебом.

Надя. Хорошо. Теперь будете принимать витамин С. Возьмите. Дайте-ка вашу ногу, я посмотрю.

Вася. Товарищ Воронихина, разрешите быть свободным? Вы же видите, время идет, а экипаж страдает без подарков.

Надя. Имейте в виду — другой раз отправлю в госпиталь. Сколько можно!

Федя. Ну, давай, давай!

Андрей. Только чтоб без махинаций. По-честному.

Вася. Какие могут быть махинации! Я себе забираю две, а вы — как хотите.

Федя. Э, нет, Васечка, не выйдет! А ну, отойди от ящика! Андрей, становись спиной. Будешь выкликать по фамилиям, а я буду вынимать подарки.

Вася. А я?

Федя. А ты, Васечка, будешь принимать витамин С.

Вася. Я бы лучше принял витамин М. «Московская».

Андрей (повернувшись спиной). Ну, давай.