– И что? Разве это не насекомое у тебя в руке? Подобное случается не часто. Лично мне надо выпить.

Доводы Дэмиена были весьма разумны.

– Вряд ли это существо можно назвать насекомым, – строго ответил Колтон. – Разве у насекомых не шесть ножек? У этого же их намного больше.

– Не время спорить о пустяках. – Гусеница Дэмиена определенно была меньше и не так красива – вся в пестрых пятнах и щетинках.

В конце концов, они уединились в кабинете Колтона, и выпили по бокалу бренди. Небрежным жестом Колтон отпустил Миллза, попросив его закончить начатое дело и сообщить о результатах на следующее утро. Похоже, секретаря удивило решение Колтона посвятить остаток дня отдыху.

Возможно, он действительно слишком много времени уделял работе. Далеко не все дела требовали его непосредственного внимания. Где-то в глубине души Колтон все еще оставался робким молодым человеком, только что получившим герцогский титул и вынужденным взвалить на себя семейные дела, который не знал, как достойно нести возложенное на его плечи бремя ответственности. Может быть, если бы его отец заболел и медленно угас, он был бы более подготовлен к встрече со своей дальнейшей судьбой. Но его отец всегда был рядом, крепкий и здоровый, и вот в одну минуту его не стало.

Смерть отца потрясла Колтона.

Сделав щедрый глоток бренди, он прислушался к разговору. Подобные размышления выводили его из равновесия.

– …должен был найти самый лучший красный цветок, черт возьми! – Роберт продолжал жаловаться на свою партнершу, которая слишком усердно занималась поисками. – Клянусь, она осмотрела каждую розу в поместье. Но мы все равно проиграли лорду Эмерсону и его даме.

– Бабушка была так счастлива, выбирая победителей, – заметил Дэмиен. – Правда, мне кажется, ее выбор был больше обусловлен мыслями о возможном сватовстве, нежели цветом и запахом, как она уверяла. Лорд Эмерсон и старшая девица Кэмпбелл смотрят друг на друга сияющими глазами, и мне так и хочется сбежать от них обратно в Испанию.

– Это будет довольно трудно, – с легкой улыбкой протянул присоединившийся к ним лорд Бонэм. – Между нами океан.

– Тогда лучше утонуть, – с ухмылкой возразил Дэмиен. Он удобно устроился в кресле и предостерегающе поднял руку. – Нет, мне не нужны лекции о том, как замечательно оказаться навсегда прикованным цепью к одной женщине и наслаждаться прелестями супружеской жизни. С меня достаточно и французов.

– Прелести? – усмехнулся Бонэм. – Что ж, порой это слово вполне уместно. На ум сразу приходит спальня.

– Можно испытывать то же наслаждение и с разными женщинами, – заметил Роберт.

Конечно, младшему брату виднее, подумал Колтон. Если когда-либо и жил молодой человек, познавший удовольствие в объятиях самых прекрасных англичанок, то это был именно Роберт.

– Мы все уже заметили твою приверженность этой философии, Робби.

– Кто знает, может, все изменится? – произнес Дэмиен. – И возможно, скоро.

Колтон оживился. Неужели он что-то пропустил? Этот нарочито равнодушный тон Дэмиена. Не следует ли держать ухо востро? Его младший брат не привык бросать слов на ветер. К тому же по лицу Роберта скользнуло что-то похожее на страх.

– Вам известно что-то, чего не знаю я? – прямо спросил Колтон, сгорая от любопытства, потому что его младший брат не часто выглядел таким встревоженным.

– Нет, Дэмиен ничего не знает. – Роберт поставил бокал и поднялся, – Думаю, он просто привык играть в шпиона и по привычке говорит загадками. Прошу меня извинить, джентльмены. Сегодня вечером меня уговорили принять участие в музыкальном выступлении, и мне надо удостовериться, что я не забыл, как держать смычок.

– Ты согласился играть? – С каждой минутой этот маленький домашний праздник становился все интереснее. Роберт всегда неохотно признавался в своей любви к музыке.

– Твоя жена меня попросила, как я мог отказаться? Она делает все возможное, чтобы вечер удался. – Роберт изогнул бровь. – Мы ведь только что говорили о том, как трудно отказывать красивой женщине.

Когда Роберт вышел из комнаты, Колтон посмотрел на Дэмиена. На лице Бонэма тоже было написано любопытство.

– Что, черт возьми, происходит?

Дэмиен тихо рассмеялся:

– Скажем так: у меня появилась интересная идея, и давайте пока на этом закончим.

Брианна не любила праздники, расписанные по минутам, поэтому после полудня гости могли делать все, что душе угодно. Они прогуливались по парку, ездили верхом, отдыхали в библиотеке или могли отправиться в ближайшую деревню и пройтись по магазинам. Брианна даже не стала бы предлагать им утреннюю игру, если бы на этом не настояла бабушка Колтона, и сейчас она была рада, что гости согласились. Благодаря этому Брианна смогла провести немного времени с мужем, а это случалось не так уж часто.

Теперь она, Арабелла и Ребекка собрались в гостиной Брианны. Там хотя бы не было такого изобилия кружев, как в других комнатах дома, – интерьер больше напоминал элегантные гостиные времен Людовика XIV с антикварной французской мебелью и обтянутыми шелком стенами. Сочетание лимонно-желтого и кремового цветов действовало успокаивающе, и Брианна уже подумывала использовать такую же гамму в спальне, хотя и была уверена, что, как только разъедутся гости, Колтон начнет настаивать на немедленном возвращении в Лондон. Без сомнения, хлопоты можно было поручить миссис Финнеган, со вздохом подумала Брианна, правда, она предпочла бы заниматься всем сама.