— Ваш роман автобиографический?

— Частично.

— В какой именно части?

— Поскольку это касается моих родных и друзей, я не могу ответить на ваш вопрос. Могу сказать, что в молодости я действительно больше всего на свете мечтал заниматься бейсболом профессионально. Но жизнь распорядилась иначе. И долгие годы я злился на судьбу и отрастил себе комплекс величиной с Эверест. — Джадд закрыл подписанную книгу, передал ее покупателю и улыбнулся следующему подошедшему: — Здравствуйте. — Он нацарапал коротенькое пожелание, поставил свою подпись и продолжил рассказ: — Я был очень разочарован в жизни, и в этом отношении меня действительно можно сравнить с главным героем книги, который также переживает душевный кризис.

— Что же изменило ваше отношение к миру?

Джадд поискал глазами Стиви, нашел ее и улыбнулся. Она просияла в ответ.

— Я встретил одну по-настоящему смелую девушку. Она собственным примером показала мне, что жизнь, несмотря на все ее отрицательные стороны, — чертовски ценная штука. И иногда мы должны пройти через поражение, чтобы потом лучше оценить победу.

Улыбка на лице Стиви вдруг сменилась выражением обеспокоенности. Тревога тут же передалась Джадду. Он уронил ручку и вскочил со стула. В три больших шага он подскочил к жене и сжал ее руки в своих.

— Стиви, что случилось?

— Ничего, дорогой. Все в порядке. Возвращайся на свое место.

— Мистер Макки, люди ждут, — занервничал управляющий.

— Я сейчас вернусь, — пообещал Джадд, подхватив Стиви за локоть и увлекая ее за собой.

— Но… Вы не можете уйти. Куда же вы? Что мне сказать покупателям? — залепетал управляющий.

— Скажите им, что я подписывал книги два часа подряд, и мне понадобилось отойти по нужде. Уверен, они поймут.

Пока управляющий, журналист из «Таймс» и покупатели, слышавшие заявление Джадда, беспомощно разевали рот, он, взяв Стиви за руку, скрылся с ней в узком коридорчике, ведущем в складские помещения магазина.

— Выкладывай, что случилось, — потребовал он, едва закрыв за собой дверь.

— Ничего не случилось.

— Я видел твое лицо, Стиви. Оно у тебя было точь-в-точь как у меня, когда ты игриво хватаешься за мой…

— Джадд! Люди услышат.

— Плевать. Я хочу узнать, почему у тебя такой вид, будто кто-то шлепнул тебя по заднице.

С тех пор как Стиви выписалась из больницы, и они с Джаддом вернулись в старый загородный дом, он ежеминутно спрашивал ее, как она себя чувствует. Только после того, как у нее восстановился нормальный менструальный цикл, он начал верить в то, что все действительно хорошо и операция прошла удачно. Но беспокоиться о ее здоровье не перестал.

— Так я и знал, что не надо было разрешать тебе приходить сюда. Зачем только я дал себя уговорить. Давай я посажу тебя в такси, и ты вернешься в отель.

— Даже и не думай, Макки. Я так люблю наблюдать за тем, как все вокруг тебя обожают! Потому что я сама тебя обожаю. — Стиви чмокнула его в щеку. — И, кроме того, я не собираюсь сидеть в отеле, когда на тебя пялятся буквально все женщины.

— Ну, не все… — заметил Джадд.

Стиви в который раз подумала, что его самоуверенная улыбка абсолютно неотразима.

— Ты все-таки неисправим. И почему я так сильно люблю тебя?

— Ты не можешь передо мной устоять. Ну как можно меня не любить? — Он обхватил ее за попку и привлек к себе.

Стиви приоткрыла губы, и они поцеловались.

— Макки, тебя люди ждут.

— Пусть.

Он снова припал к ее губам. Их тяга друг к другу не только не уменьшилась, но, казалось, даже возросла. Джадд любил шутить, что он, вероятно, единственный в мире муж, которому пришлось ждать первой брачной ночи двенадцать недель. Обычно Стиви возражала, что он сам виноват: нечего было устраивать свадьбу сразу после ее выписки — Джадд специально пригласил священника в старый дом, чтобы тот обвенчал их. И добавляла, что, как только гинеколог дал добро, новоиспеченный супруг с лихвой наверстал упущенное.

— Как приятно. — Джадд, наконец, оторвался от нее. — Я хотел этого целый… — Вдруг лицо его побелело.

Стиви рассмеялась:

— Ну и у кого здесь вид, будто его шлепнули по заднице?

— Что это было?

Стиви взяла его руку и провела по своему округлившемуся животу.

— Это наш ребенок, Джадд. Сегодня он в первый раз шевельнулся.

— Господи. — Он судорожно сглотнул. — Я так и чувствовал. Надо было настоять на том, чтобы ты осталась в гостинице. Это слишком утомительно для тебя. Это все из-за того, что ты весь день на ногах. Сядь скорей. Ну, давай же.

Стиви счастливо улыбнулась:

— Да успокойся ты. Это совершенно нормально. И как раз вовремя. В последний раз доктор сказал мне, чтобы я ожидала этого со дня на день. Так и произошло. Вот-вот, опять! Чувствуешь? — Оба замерли, но ничего не услышали. — Наверное, снова уснул.

Джадд откашлялся.

— Зато, к сожалению, я проснулся. Более чем. — Он прижал Стиви к себе, и она поняла, что он имел в виду. — Везучий я парень, черт возьми. Женат на самой сексуальной в мире киске, которая к тому же от меня залетела.