— А когда тебе исполняется четырнадцать, Мэри? — спросила Изабель.

— Через две недели, моя леди. Мы собираемся пожениться прямо на следующий день.

— А разве не должно быть предварительного оглашения в церкви или чего-то в этом роде?

— Оглашения?..

Наверное, этого правила пока не существует. История совсем перепуталась в голове Изабель.

И все равно мысль о том, что девочка, которой исполнится всего четырнадцать лет, вступит в законный брак, вызывала у нее нервную дрожь. Но она все понимала. Вроде как.

— Это ведь повод для небольшого празднества? — спросила она, — Я хочу сказать, Джеймс — самый доверенный человек короля.

Гиневра замялась, но потом улыбнулась.

— А в самом деле, это должен быть праздник! Что бы нам такое сделать?

— Почему бы не привлечь к подготовке слуг? Они могли бы часть свободного времени уделить декорациям. Будет весело!

— Нет, я не могу просить их об этом! — возразила Мэри.

— Кто говорит, что ты должна просить? — удивилась Изабель, — Люди обычно делают это для своих друзей.

Мэри, все еще старавшаяся привести в идеальный вид прическу и платье Изабель, неожиданно выпрямилась во весь рост. Правда, рост этот был меньше пяти футов, то есть девушка была примерно на полтора фута ниже, чем ее будущий супруг. Голубые глаза наполнились слезами.

— Друзей? — переспросила она дрожащим голосом.

— Да, для друзей, — кивнула Изабель и вопросительно посмотрела на Гиневру, ожидая подтверждения.

— Да, Мэри, для друзей, — согласилась королева.

Изабель и Гиневра вместе спускались по лестнице. На полпути Изабель остановилась.

— Нужно устроить для Мэри девичник.

— Девичник? Что это такое?

— Это праздник для невесты в честь предстоящего бракосочетания.

— Никогда о таком не слышала.

— Уж поверь, это будет весело! Нечто вроде ночного девичника школьниц, чтобы подруги могли порадоваться за Мэри.

— Ночной девичник?..

Языковый барьер заставлял Изабель основательно злиться.

— Поверь, это будет отлично!

Гиневра сжала руку Изабель.

— Значит, мы это устроим. Это нужно как-то заранее подготовить?

— Конечно. Но мы должны держать все в тайне от мужчин, и от самой Мэри. Будет сюрприз для нее. Только нам понадобится помощь слуг.

— Я знаю, кому мы можем довериться. Сгораю от нетерпения!

Изабель нервно сглотнула, потом спросила:

— Ты не против, если я сама составлю меню, Гвен? Не то чтобы я не доверяла твоим поварам, но, по правде говоря, если я еще раз увижу на своей тарелке маринованного угря, я наверняка потеряю обед.

— Потеряешь…

— Мне понадобится срочно выйти, чтобы из желудка все вылетело обратно.

Королева рассмеялась.

— А, понимаю. Угорь тебя не привлекает.

— Честно говоря, не верю, что он может хоть кого-нибудь привлекать.

— Мне и самой он не очень нравится, но для большинства мужчин это любимое блюдо. Только не для Артура. Он предпочитает овощи и козий сыр.

Конечно, иначе и быть не могло. Еще одна причина в него влюбиться. Если бы Изабель решила поискать повод отвергнуть короля, ей пришлось бы здорово потрудиться.

А если бы ей захотелось найти причину для неприязни к Гиневре, то и это оказалось бы нелегко. Не считая того, что Изабель смотрела на королеву как на полную идиотку потому, что эта особа предпочла Артуру какого-то Ланселота. Хотя самой Изабель это лишь на пользу.

Да, пока что королева ей очень нравилась. Эта женщина была открыта новым идеям, она воспринимала их с радостью. Гиневра опережала свое время. Ей бы подошло родное время Изабель.

Адюльтер она ставила в минус королеве, но король Артур не возражал, а это — плюс.

Хотя, конечно, это было не совсем то, что замышляла Хозяйка Озер.

«Планы могут меняться, Изабель. Следуй своему выбору, я тебе доверяю».

Изабель не успела обрадоваться доверию Вивиан, как ее ошарашили другие мысли. Во-первых, она сама себе не доверяла. Во-вторых…

«Вивиан, это наглость. Опять ты лезешь в мою голову!»

Но с помощью богини она, возможно, и справится со всем этим…

— Можем мы обсудить еще кое-что? — спросила она у королевы.

— Мы можем обсудить что угодно.

— Прежде всего, что ты думаешь о Мордреде?

— Маленькая дрянь. От него у Артура сплошная головная боль. Я не хочу ненавидеть его, но у меня не получается.

— Ох, в этом я с тобой полностью согласна. Но как могло случиться, что у такого мужчины, как Артур, вырос вот такой сынок?