Шрифт:
– Тюрьма, – ответил Орлич.
Глава восьмая
Прежде чем они поехали в тюрьму, позвонил генерал Обрадович, который поинтересовался ходом расследования. Узнав о том, что они уже успели побеседовать с Даниэлой и вызвать Бачановича, генерал удовлетворенно заметил, что приехавший эксперт взял настоящий «гоночный темп», и пожелал дальнейших успехов. Он сообщил, что в тюрьме их уже ждут, и туда отправился назначенный вместо Бачановича старший следователь Антич.
Когда автомобиль тронулся, Дронго спросил у сопровождавшего его капитана Орлича:
– Почему нам обязательно нужно туда ездить? Неужели нельзя было привезти Николича в прокуратуру?
– Нельзя, – ответил Орлич, – его охраняют как важного государственного преступника. Поэтому на встрече будет и господин Антич. Это один из самых опытных наших специалистов. Он сейчас временно возглавляет следственную группу по делу погибшего вице-премьера.
– Он такой же опытный, как Бачанович? – иронически осведомился Дронго.
Павел понимающе усмехнулся. К зданию тюрьмы они подъехали через двадцать минут. Началась рутинная процедура проверки документов. Затем их попросили сдать телефоны и все металлические предметы, проверили на наличие других предметов, дважды провели через металлоискатели, предупредили о том, что охранник будет находиться за пуленепробиваемым стеклом, и только после этого ввели в комнату, куда должны были привести Николича.
Почти сразу за ними в комнату вошел довольно плотный мужчина среднего роста, с выбритым затылком и уже седеющими волосами, крупными чертами лица и густыми усами. Это был старший следователь Антич. Он энергично потряс руку Дронго, поздоровался с Орличем и коротко сказал:
– Я много про вас слышал.
Антич вообще не говорил по-русски, и Орлич служил им переводчиком.
– Спасибо, – поблагодарил Дронго и уточнил: – Вас назначили вместо Бачановича?
– Да. Но пока наша группа работает только с полученными результатами экспертиз, чтобы не мешать вашему расследованию.
– Вы сделали повторную эксгумацию тела погибшего?
– Мы решили, что это необходимо. Но повторная экспертиза ничего не дала. Он умер от удушья, сломаны шейные позвонки, все, как и в первый раз, никаких расхождений.
– Женщина могла так сдавить его шею?
– Сильная женщина могла, – немного подумав, ответил Антич, – но нужно учитывать, что в коридоре в это время сидел Николич. В нескольких метрах от дверей. Он должен был услышать шум борьбы или крики. Если вы конкретно спрашиваете про Даниэлу, то она вполне могла. Пятнадцать лет назад она даже была зарегистрирована в полиции за то, что избила своего знакомого студента. Жестоко избила.
– Этого нет в материалах дела. – Дронго удивленно обернулся к Орличу.
– Мы узнали об этом только недавно, – пояснил Антич. – Ее досье из полиции было изъято и не вошло в ее личное дело, когда она оформлялась в министерство иностранных дел, потом в канцелярию кабинета министров. Именно поэтому ее так и не допустили к работе с секретными документами.
– Роковая женщина, – усмехнулся Орлич.
– Там были две женщины, – заметил Дронго.
– Вы видели супругу Петковича? – вместо ответа спросил Антич.
– Пока нет. Мы встретимся с ними завтра.
– Тогда все понятно. Достаточно на нее посмотреть, чтобы сразу понять – она не смогла бы задушить нашего вице-премьера. Хрупкая, изящная женщина. Кажется, в молодости занималась балетом. Ее можно смело исключить, она бы душила его часа два, при условии, что Николич ничего бы не услышал. А господин Баштич два часа терпеливо умирал бы. Нет, это невозможно.
– Значит, вы тоже считаете, что основной подозреваемый – Николич?
– Безусловно, – услышав перевод, сразу кивнул Антич.
Им объявили по громкой связи, что сейчас введут заключенного. Экран, за которым они могли видеть Николича, был односторонним. Он не мог видеть, кто его допрашивает, сидя перед большим зеркалом, а они могли рассматривать его достаточно спокойно, что, безусловно, было еще одним сильным психологическим фактором давления на несчастного молодого человека. В комнату ввели высокого парня, который испуганно, даже как-то затравленно оглядывался. Он был коротко острижен, щурился от яркого света, нервно дергался.
– Здравствуй, Янко, – начал Антич, – это я, твой новый следователь. Мы с тобой уже знакомы.
– Да, господин Антич, я узнал ваш голос, – кивнул Николич.
– Здесь приехал эксперт, который хочет с тобой переговорить. Он специалист из другой страны и не говорит по-сербски, поэтому его вопросы тебе будет переводить переводчик. Ты все понял?
– Да, конечно. Я готов ответить на его вопросы, – несколько заученно произнес Николич.
– Почему такой яркий свет в его комнате? – недовольно спросил Дронго. – И почему он так дергается? Его били?