— Ну конечно! — воскликнула Бина, поглаживая диск. — Это и есть опция, я абсолютно уверена…

— Нет, это банкнота достоинством по крайней мере в 100 тысяч опций, а то и больше, — поправил я.

— И что же с ними делать? Зачем они дали нам эти диски? Что они потребуют от нас взамен?

— Ничего! — отрубил Пендерграсс. — Ты, как всегда, делаешь необоснованные выводы, дорогая. Если эта штука действительно имеет какую-то цену, значит, мы теперь богаты, только и всего. А если нет, — тут он хихикнул, — я так или иначе не намеревался купить себе в ближайшем будущем звезду.

— Только мы с тобой задавали вопросы, ты заметил? — сказала Бина.

— Я думаю, ты единственный человек в Комитете, который способен разобраться в технической стороне проблемы.

— Прошу прощения, — немедленно оскорбился Пендерграсс, — но для меня это вообще не проблема!

Я холодно взглянул на него.

— Ах да, примите мои извинения.

— Выходит, мы просто должны помалкивать, чтобы не мешать гейстам делать свой бизнес? — спросила Бина. — Значит, они откроют у нас банк или еще что-нибудь… И что тогда?

— Тогда мы положим в этот банк свои опции.

— И получим новое будущее? То самое, которого мы оба жаждем? То самое будущее… которым нас подкупили?

Бина смотрела на меня так, словно знала, что мы вместе в последний раз. Она тоже была там, понял я, и любила меня в иной жизни всем своим сердцем!

— Хотела бы я знать, какой сумме в обычной валюте соответствуют 30 биллионов опций… И кто будет решать, как инвестировать эти деньги?

— Полагаю, это слишком серьезные материи для нашего маленького Комитета, — благодушно заявил Пендерграсс. — Мы доверим их компетенции высшего эшелона власти.

— Этого я и боюсь, — сказала Бина.

— Бездонный источник энергии, питающий бесконечную войну… Неплохой способ сотворения новых опций, не правда ли? — заметил я. — Не оптимальный, возможно, но зато какой удобный!

Бина взглянула на меня с мокрым блеском в глазах.

— Ты тоже видел это?

— Глупости! Полная чепуха! — рассердился Пендерграсс.

— Да, я видел это. Но я видел и другое, Бина…

Теперь она плакала, не скрывая слез; Пендерграсс презрительно фыркнул. Я коснулся ее руки.

— Бина, дорогая… Мы были так счастливы! Да что я говорю, мы непременно будем счастливы…

— Нет, Халиман.

Она взяла меня за руку и, перевернув, нежно провела пальцем по ладони.

— Что это значит?! — вскричал супруг.

— О Халиман, — вздохнула она. — Когда тебе открывается будущее, то начинаешь понимать, что какие-то вещи просто-напросто несовместимы. Эти возможности взаимно исключают друг друга, хотя ни логика, ни математика не имеют к тому никакого отношения. И если мы оставим себе эти опции, Халиман, весь ужас, который мы видели там, случится здесь, в будущем Земли.

— Только потому, что мы получили взятку?

— Именно потому, что мы получили взятку, — кивнула она и отпустила мою руку.

Мы расстались на пересечении кольцевой с восьмой радиальной. Прощаясь, она протянула мне руку, но я не прикоснулся к ней — просто не мог, лишь смотрел, как она уходит от меня своей легкой походкой. Каждое движение, каждый изгиб ее тела я знал наизусть… нет! Не знал никогда (она пропала за углом) и никогда уже не узнаю.

Я сел в следующую же капсулу и, прежде чем вернуться домой, трижды облетел по кольцевой вокруг Земли. А почему бы и нет? В конце концов у меня в кармане целое состояние.

Компания «Время и Жизнь» Двингелу открыла свой филиал в Солнечной системе буквально через несколько дней после того как Комитет по этике дал на то свое дозволение; не могу сказать, было ли это решение единогласным, поскольку ни разу больше не посещал заседаний.

Зато я был первым в очереди потенциальных клиентов, когда пришельцы открыли свою лавочку. Офис оказался совершенно пустым, если не считать единственного кресла для посетителя и висящего в воздухе инопланетного духа (на самом деле, гейст представляет собой всего лишь просунутую в нашу реальность фалангу одного из центральных существ, столь же невидимых для нас, как и само время).

— Мы счастливы принять очередного клиента в нашу большую семью, — сказал гейст. — У нас в Двингелу сделки заключаются на основе полного взаимного доверия и подтверждаются простым пожатием рук, если можно так выразиться.

— Годится, — ответил я, извлекая из кармана металлический диск. — Для начала я хотел бы произвести две трансакции.

— Вы желаете поместить свои опции на текущий счет, — утвердительно произнес гейст. — Мы рады оказать вам эту услугу.