Ответа не последовало, и Дан, испугавшись, замолк. Медленно обошел турель, заглядывая внутрь. Гурянин сидел, запрокинув голову, а в груди его зияла страшная рваная рана.

— Радугдт, — тихо позвал Дан, будто тот, кто получил такую рану, еще мог отозваться. — Бедняга Радугдт…

— Сэр! Неприятель уже совсем близко! — коснулся его плеча молодой снайпер.

— Да… Санчес! — ожив, закричал Реззер. — Живей сюда! Вытаскивай Радугдта и на его место. Разберешься! Главное, стреляй не останавливаясь.

Дан вернулся к парапету.

— Ну что, братцы, готовы? За все, что дорого!.. Огонь!..

К всеобщему удивлению, никаких атак на отступающую группу больше не последовало. Даже страшные «тряпки» не появлялись. Коридоры оказались столь же пусты, как и на пути к цели. И единственное, что представляло сложность — это большое расстояние да теснота сложно переплетенных затхлых коридоров. Дорога до выхода казалась нескончаемо долгой. Тем более что пленника приходилось буквально тащить на руках, да и Паук постепенно замедлил движение. И когда беглецы наконец достигли лестницы наверх, у них не оставалось ни эмоций, ни сил, чтобы радоваться этому.

Встречающие их Жало и Рита промолчали, заметив отсутствие двоих товарищей.

— Отходим! — скомандовал Челтон, когда вся группа оказалась на поверхности. — У нас нет времени на отдых. На корабле отоспимся… Рита, Шахбаз, вперед! Гоблин, Ирландец, замыкающие! Жало, давай в сторону! Прикроешь наш отход, если что. Паук, открывай калитку!

Паук пробежал пальцами по пульту управления периметром. Выругался. Вновь набрал какие-то команды.

— Сэр! Периметр блокирован! — обернулся он после еще одной попытки. — Думаю, они централизованно блокировали все выходы с базы, не зная наверняка, куда мы пойдем и где будем прорываться. И теперь сидят и ждут, на каком участке произойдет сработка.

— Плохо, — нахмурился сержант. — Они бросят сюда сразу все силы, и нам тут несладко придется. Предложения?

— Сэр! — подал голос Гоблин. — Предлагаю остаться здесь и сюда же вызвать команду эвакуаторов.

— Похоже, это единственный возможный вариант, — кивнул Челтон. — Паук, взрывай ворота и систему. Только хорошенько, чтобы получился широкий лаз.

— Есть, сэр! — кивнул Паук и торопливо заковылял, спеша выполнить приказ.

— Так мы уходим, сэр?! — удивился Гоблин.

— Нет. Мы остаемся. Но это вовсе не означает, что мы должны повесить табличку о том, что мы здесь. То, что Паук пытался открыть ворота, почти то же самое, что замкнуть нити ограды. Наверняка сюда уже летят и бегут. Так что взрываем ворота, связываемся с кораблем и начинаем игру в прятки. Мясник, усыпи этого старого научного червя.

— Яхта Бергштайна, судя по всему, на месте, — командор Дикаев рассматривал центральный портал подземного обиталища владыки Триона. — А вот это кто такие? Никак Черный круг? Я не ошибся?

— Ты что, уже себе не веришь? — усмехнулся Хайес. — Это скоростная яхта несет метку Черного круга.

— На воре и шапка горит, — усмехнулся Дик. — Хотел найти одного врага, а нашел двух. Группу в боты! Быстро! Мы спускаемся.

— Ты свихнулся?! — подал голос Мердок. — Ты пойдешь вниз с тридцатью своими бойцами?

— Конечно, — ответил за командора Хайес. — Бывают же в жизни такие случаи, друг Амос, когда надо быть совершенно сумасшедшим для того, чтобы выпутаться и остаться при этом живым.

— Вы оба больные маньяки, — пробормотал Мердок, и в голосе его было поровну восхищения и тревоги.

— Командор, ваша группа грузится в бот, — доложил капитан «Бриза».

— Отлично. Стивен, поскакали. Амос, оставайся в рубке. Если что, капитан выполнит любой твой приказ. Пожелай нам удачи.

— Ни пуха вам ни пера, — отозвался Мердок, немного завидуя Хайесу, но понимая, что у него самого вряд ли хватило бы отваги на такую операцию.

Командор в сопровождении Хайеса вышел к боту, где уже закончила погрузку абордажная команда Дикаева. Они заняли два аппарата, разделившись поровну.

— Ты в том, я в этом, — махнул рукой Дик, забираясь в одну из машин.

Боты стремительно канули к поверхности планеты. Все летели молча, настраиваясь на предстоящий бой. Вся команда была набрана из разумян, принадлежащих к расе людей и отслуживших до этого не один год в разных элитных подразделениях. Это были профессионалы своего дела. Поэтому сейчас они серьезно готовились к предстоящему, как к ответственной игре, на кону которой была сама их жизнь. Высадка была осуществлена как на учениях, четко и быстро. Десантники разбежались, занимая позиции для стрельбы и используя для прикрытия все, за что можно было спрятаться. Пятеро остались у бота, окружая Дикаева и Хайеса.

Площадка, на которой приземлились боты, была предназначена для посадки легких лайнеров, яхт и ботов. Вокруг вместо ограды были установлены причудливые фигуры, изображающие разные спирали ДНК, сделанные из золотистого и серебристого металлов. Всю площадку покрывали бронзовые плиты с искусственно состаренной поверхностью. Широкая дорога из таких же бронзовых плит вела к подножию высокой и тяжелой пирамиды. Она вздымалась среди окружающего ее леса, тускло отсвечивая бронзой огромных ступеней. Постройки вспомогательных служб, невысокие и покрытые темными отделочными материалами, совершенно терялись среди зарослей. Казалось, словно пирамида перенеслась в эти мрачные дождливые леса откуда-то из Древнего Египта, не менее древних гурянских пустынь Торга или из кровавых и величественных времен Майя. Когда Дикаев много лет назад впервые попал сюда, он был буквально подавлен этим воссозданным древним величием, которое тщеславный Бергштайн воздвиг над главным входом на свою планету-лабораторию. Вокруг было необычайно тихо, словно все вымерло. Даже многочисленные охранники, набранные по большей части из пагров, сейчас куда-то исчезли.