– Ничего подобного. Звездную систему Вольф-360 можно отыскать на всех галактических картах.

– Эта система блокирована из-за проблем с биологической безопасностью, – ответил я, уяснив, о чем идет речь. – Какие-то вирусы. Абсолютный запрет на любые полеты, строжайший карантин… Погоди, ты хочешь сказать… Нетико?

– И снова: без комментариев! – огрызнулся ИР.

– Непосредственно перед Катастрофой, всего за два с половиной года до Исхода, на Гермесе были обнаружены некие материальные объекты, созданные не-человеком, – объяснил Николай, снисходительно и с долей насмешки глядя в сторону ПМК. – Ими заинтересовалось сообщество искусственных разумов, известное нам под именем «Птолемей». Очень скоро машинную цивилизацию что-то напугало до мокрых штанов, если конечно ИР в своем виртуальном мире носят штаны. Я могу сказать что конкретно: невероятные гравитационные искажения в определенных точках планеты – искусственно созданная неагрессивная сингулярность, которая позволяла проникнуть в Лабиринт не выходя в космос и не используя двигатели лабиринтной ступени. Добавочно – крошечная черная дыра, которую неизвестные умники запустили в глубины звезды Вольф-360, и совсем уж странный факт того, что Гермес находился в другом временном потоке.

– Чего? – не выдержал я. – То есть как – в другом?

– А вот так. Вся наблюдаемая материальная Вселенная развивается по стандартным канонам, но Гермес почему-то движется назад во времени. Нетико, ау? Я прав? Или опять комментариев не последует?

– Прав, – нехотя признался ИР.

– Что было дальше не подскажешь? Ты ведь знаешь все, как любой представитель цивилизации «Птолемея»… Молчишь? Значит, есть что скрывать! В постэвакуационной неразберихе «Птолемей» заставил перебравшиеся на Сириус-Центр правительства сверхдержав засекретить Гермес. Вычеркнуть этот мир из истории, забыть о нем. Обосновывалось это соображениями всеобщей безопасности: мы понесли колоссальные потери в результате Катастрофы, не хватало только случайно вызвать конфликт с неизвестной и загадочной суперцивилизацией, которой достаточно пальцем шевельнуть, чтобы добить насмерть перепуганных Катастрофой и лишенных былого могущества людей. Добить вместе с симбионтом – «Птолемеем». Мощь неизвестного разума, способного повелевать чудовищными и необоримыми силами, вызвало у ИР настоящую панику. Несмотря на то, что Гермес был населен людьми и туда эвакуировали множество землян, систему Вольф-360 закрыли на карантин. Не трожь лиха, пока оно тихо, верно? Искусственные объекты, а именно Дороги Гермеса, восемь девяностадвухкилометровых трасс, построенных на двадцать четвертой параллели к северу от экватора, заблокировали – район пролегания Дорог объявили запретной зоной, местным властям было настрого приказано отстреливать возможных нарушителей границ, ну а тех, кто по Дорогам ходит – не трогать ни в коем случае. Не обращать на них никакого внимания, не раздражать и не навязываться им в друзья. Я ничего не перепутал?

– Ничего, – односложно сказал Нетико ледяным тоном.

– Содружество оправилось от последствий Катастрофы, «Птолемей» как-то очень вовремя подкинул людям новое гениальное открытие – выход в третий пояс Лабиринта, позволивший космическим кораблям летать на расстояния до полутора тысяч световых лет с минимальными потерями в объективном времени, Вольф-360 сделали всеобщим пугалом благодаря примитивной байке о вирусах, против которых не найти вакцины, а Гермес вместе со всей тамошней диаспорой оказался в тотальной изоляции. Насколько я знаю – бывал там неоднократно! – живут на Гермесе очень даже неплохо и без Содружества. Что было дальше, рассказывать не интересно.

– Это почему же неинтересно? – возмутился Нетико.

– А ты скажешь мне, знает ваша цивилизация о всех свойствах Лабиринта или нет? Если знает, то почему скрывает от людей-симбионтов?

– Это закрытая информация, – мне показалось, что Нетико ответил стиснув зубы, хотя никто и никогда не слышал о наличии зубов у ИР. Равно как и упомянутых штанов.

Николай только руками развел.

– В таком случае, о каком симбиозе идет речь? Это называется паразитированием на человеческой цивилизации. Вы чересчур зазнались, слишком высоко задрали нос, полагая, что смертные и недалекие люди не способны превзойти бессмертных и высокомудрых ИР. Способны, еще как. Вот тебе разгадка: Дороги Гермеса построили мы, люди. Сверхцивилизация, которую вы так боитесь – тоже мы. Homo sapiens novus, новый человек разумный. Обладающий абсолютной властью над Металабиринтом пространства-времени. За нашей тайной вы пытались охотиться на Гермесе, но мы очень хорошо замели следы, обрубили концы так, что «Птолемей» до нас теперь никогда не дотянется. Удовлетворен?

– Невероятная, исключительная и невозможная случайность, – потрясенно сказал Нетико. – Всего-то, взаимодействие двух вирусов, естественного и искусственного… Да, мы подозревали, что эпидемия 2283 года вызвала какие-то непредсказуемые последствия, отследили связь между событиями на Гермесе и некоторыми личностями, связанными с проектом «Аттила», но консультативный совет «Птолемея» и предположить не мог, что дело обстоит настолько просто!

– Видишь, как вредно быть слишком умными? – откровенно фыркнул Николай. – Дальнейшее, полагаю, ясно и без объяснений? На Земле изменение структуры организма у каждого выжившего проходило стремительно, пусть и небезболезненно, затем люди начали сливаться в небольшие общины, появилось желание экспериментировать с новыми возможностями – без жертв первое время не обходилось, к сожалению. Несколько десятилетий спустя наиболее решительные и предприимчивые принялись исследовать Металабиринт, новое человечество уяснило, что теперь нет границ и барьеров, ни во времени, ни в пространстве. Появились субцивилизации – Содружеству это понятие незнакомо, вы остаетесь единым обществом, не взирая на различия в политическом или экономическом развитии отдельных планет. Мы объединялись в своеобразные «группы по интересам» – биология, техника, культура и так далее. Эстафету подхватили наследники, дети тех самых, Первых, ушедших с Земли в иные миры.

– Сколько планет вы колонизировали? – с дрожью в голосе спросил я. – Тысячу? Пять тысяч? Десять? Господи, Содружество до сих пор ограничено семьюдесятью двумя обжитыми мирами!

– Никто точно не знает, статистика не ведется, – Николай пожал плечами. – Любой вправе найти для себя подходящую планету и поселиться там, будто на даче. Развитых сообществ не слишком много, планет-миллионников, таких, где население превышает один миллион человек, всего три тысячи сто шестьдесят две по реестру Университета – с ними мы поддерживаем постоянную связь, они подписали Общую Конвенцию.

– Это что еще такое?

– Свод обязательных правил. Очень короткий и либеральный, не ограничивающий независимость субцивилизаций и уважающий их особенности. В основном – уголовное право, обязательства о взаимопомощи при возникновении чрезвычайных ситуаций и транспортные договоры.

– Три тысячи сто шестьдесят два мира, – зачарованно повторил я. – Грандиозно…

– В двадцати семи галактиках, – будто желая окончательно ввергнуть меня в состояние глубокого информационного коллапса, добавил господин алхимик. – Радиус около трехсот миллионов световых лет, но так далеко живут очень немногие любители экзотики, все остальные рядом, в Млечном Пути, Магеллановых Облаках… Мы стараемся держаться подальше от вашего Содружества, пути двух ветвей человечества окончательно разошлись. Два абсолютно разных биологических вида.

– Как меркурианские простецы? Вы используете обычных людей в качестве слуг?

– Не совсем обычных. Ты уверен, что хочешь знать все секреты? Я и так разболтал тебе вдесятеро больше положенного, вместо того, чтобы сковать по рукам и ногам, а затем отправить на Граульф… К сожалению, на Меркуриуме поговорить по-русски больше не с кем. Русскоязычной диаспоры здесь нет, так сложилось.

– А на других ваших планетах есть?

– Разумеется. Больше того, я пойду на нарушение всех известных директив. Прежде всего ты свой – этнического сородича бросить в беде я права не имею…