— О каких инструкциях может идти речь на Гермесе, друг мой Николай? Сигурду надо приучаться к самостоятельности. Пусть изучает людей, так сказать, в природных условиях, методом проб и ошибок. С тевтонскими вояками он подружился, теперь настало время осваивать быт и нравы мирных поселян. Что вы застряли на пороге, присаживайтесь. Кофе? Только что сварил!

— Мне надо домой, проверить, как собаки, — сказал я.

— Успокойтесь Луи, я каждый день заглядывал в ваш коттедж. Собачки отлично прижились в поместье мсье и мадам Ландри. Создается впечатление, что псины начали забывать, как выглядит настоящий хозяин!

— Этого я и боюсь. Но если дома все действительно нормально, принимаю приглашение.

— За сердечко не беспокоитесь? — Крылов осуждающе посмотрел на пустые стаканчики, пирамида из которых украшала стол перед автоповаром. — Нездоровый образ жизни. А это что такое?

Коленька взял с подушек дивана исчирканные листы бумаги. Какие-то схемы, эллипсы, круги, непонятные символы, пересекающиеся линии — сущая тарабарщина.

— Пытаюсь разгадать одну шараду, — отмахнулся Веня. — Пока безрезультатно. Ну те-с, детишки, рассказывайте. Искренне надеюсь, что ваша поездка не оказалась напрасной. Как долетели?

— Винтовая авиация — это здорово, — провозгласил Крылов. — Только очень уж долго, за эти пять часов можно несколько раз сгонять нашего “Франца” на Землю и обратно. Виды из иллюминатора феерические, не планета, а сказка.

— При всех ваших недостатках, чувство прекрасного вы не потеряли, — уверенно констатировал доктор. — Луи, наш коллега вел себя прилично?

Тут Коленька посмурнел челом, а я перебросил Гильгофу ПМК.

— Все беспристрастно зафиксировано; по счастью, обошлось без жертв и разрушений.

— Николай, я слушаю! — сдвинул брови доктор, явно ожидая худшего.

— В общем… — Крылов откашлялся и воздел очи горе. — Полагаю, это некие проявления телекинеза. Случайно обнаружилось. Хотел взять чашку со стола, а она сама в руки прыгнула. Ну, мы немного поэкспериментировали. Оказывается, теперь я могу перемещать любые предметы.

— То есть как — любые? — изумился доктор. — Произвольного размера и массы? Магомету незачем ходить к горе, она сама к нему придет? Точнее, гору можно притащить?

— Не надо преувеличивать. Положим, самолет С-47 сдвинуть с места я могу — надо было видеть физиономии аэродромных техников в Робервале, когда “Дуглас” покатился по полосе с неработающими двигателями!

— Мелкое хулиганство, вот как это называется, — покачал головой доктор. — Когда вы перестанете ребячиться, Николай? Тренируйтесь на бревнах, валунах или сходите в саванну, заставьте полетать мегалания… Воображаю, какие пойдут слухи, если фермеры увидят гигантского варана, парящего в воздусях!

— Кто здесь говорит о ребячестве, Вениамин Борисыч? — невинно поднял брови Крылов. — Едем дальше. Про тепловое зрение я уже говорил, теперь еще могу видеть в рентгеновском диапазоне — любые проявления радиоактивности, синеватое или зеленое свечение. Тоже приходится “настраиваться”, но гораздо быстрее, чем раньше. В голове будто тумблер щелкает. Примерно то же самое с магнитными полями, вижу их как голубую паутину. И никаких особых неудобств, могу “включить” любой диапазон или сразу несколько на выбор, мир преображается — начинаешь постигать всю глубину и насыщенность…

— Мир видимый, и мир невидимый, — хмуро процитировал Гильгоф библейскую формулу. — Устаю с вас удивляться, Коленька. Если так пойдет и дальше, то никакие андроиды с их недюжинными способностями не сравнятся с банальным homo sapiens.

— Кто недавно говорил, что я теперь не совсем homo sapiens?!

— С точки зрения физиологии и генетики — не совсем. А с точки зрения психологии — остаетесь человеком. Мы всегда полагали, что возможности органической ткани ограничены, но теперь выясняется, что живой организм может таить в себе энергетические резервы, о наличии которых никто и никогда не подозревал! Допустим, что мы на самом деле столкнулись с вирусом искусственного происхождения, перестраивающего клетки так, чтобы они могли полностью использовать скрытые ресурсы. Моментально встает вопрос: кто и зачем создал этот вирус? Отыщутся свежие идеи?

— Не уверен, — хмыкнул Крылов.

— Напрашивается мысль о том, что гипотетическая цивилизация Чужаков шла по иному пути развития, — подал голос я. — Мы создали техногенный мир, а они развивали мир живой, совершенствовали органику, работали с новыми формами жизни.

— Вот видите, Коленька, человек университетов не заканчивал, а рассуждает более чем здраво, — наставительно сказал доктор. — Самое-то невероятное в том, что живая клетка устроена на порядки сложнее любого технического шедевра. Наш “Франц-Иосиф” рядом с человеческим нейроном покажется чугунной ручной мясорубкой. Если Луи прав, то я начинаю всерьез бояться Чужаков — они могут находиться на такой высокой ступени развития, что землянам придется карабкаться до нее тысячелетиями. И никакой “Птолемей” не поможет! Забудем идеалистические представления о гуманизме сверхцивилизаций, вовсе не обязательно, что Чужаки отнесутся к нам будто к младшим братишкам, которым надо утирать сопли и менять подгузники. Наше счастье, если они останутся безразличны к человеку, а если нет? Просто смахнут с лица планеты, как надоедливых комаров?