Шрифт:
На рассвете они добрались до окраины Бата. Бейливик остановил экипаж на перекрестке на холме, с которого открывался вид на город.
Проснувшись, Пруденс убрала пряди волос с глаз.
– Так вот он, Бат, – уныло произнесла она.
Эван стал подле нее, держа руки в карманах.
– Похож на Брайтон, только без чаек и без моря.
Мелоди теребила юбку Пруденс.
– А я не вижу никакой ванны [2] .
Колин поднял ее на руки.
[2]«Бат» по-английски произносится как «ванна».
– Посмотри кругом. Вода поднимается из-под земли и кипит пузырьками, а люди собираются вокруг нее, словно картошка в горшке!
Пруденс задела воодушевленность Колина, и она вернулась к карете. Она знала, что все это он делает для Мелоди, но это вовсе не означало, что она была в восторге от идеи искать Шанталь.
«Черт бы тебя побрал, Шанталь!»
Она всегда хотела увидеть Бат. И сейчас, невзирая на свое мрачное настроение, она не могла не залюбоваться очарованием архитектуры и стиля, белыми башнями, будто вырезанными из слоновой кости, сияющими в лучах восходящего солнца. Это было место для богатых и удачливых.
Это не ее жизнь. Как только Колин найдет Шанталь и освободит Пруденс от обязанности заботиться о Мелоди, она начнет искать работу. Она глубоко вздохнула и вздернула подбородок.
Услышав свое имя, она увидела, что Колин с ожиданием смотрит на нее. Карета остановилась на углу, и Бейливик спрашивал направление через вентиляционное отверстие в дверце. Пруденс поняла, что Колин о чем-то спросил ее.
– Простите, сэр. Что вы спросили?
Он поднял брови.
– Я спрашиваю, где Шанталь могла остановиться. Есть какие-то идеи?
Шанталь, Шанталь, Шанталь. Пруденс вздохнула.
– Она что-то упоминала вскользь. Не помню… – Впрочем, она достаточно хорошо изучила Шанталь. Она точно знает, где любит останавливаться ее бывшая работодательница. – У портного, конечно, – проворчала Пруденс.
Колин моргнул.
– Правда?
Пруденс устало пожала плечами.
– Отличное место для начала поисков. Мисс Маршан не допустит, чтобы кто-то был впереди нее в вопросах моды.
Колин покусал губу.
– Нет, думаю, что не допустит. Но Болдуин говорил, что денег у нее мало. Как же она будет расплачиваться за платья?
Пруденс с недоверием покосилась на него.
– А как Шанталь расплачивалась за все остальное?
Эван хихикнул. Она, не отводя глаз от Колина, тихонько пихнула брата локтем. Пруденс заметила, что мистер Ламберт слегка покраснел, потом отвел взгляд.
– Итак, портной. Он должен быть на Бартлет-стрит. – Бейливик дернул поводья, и карета двинулась в нужном направлении.
Скоро подойдет к концу очередное приключение. Никогда в жизни она больше не сядет в этот проклятый экипаж. Нести ее отныне будут, пусть и небыстро, ее собственные крепкие ноги. Она вернется к своей простенькой жизни, где есть только она сама и Эван.
«О да, простая жизнь – сплошное выживание. Голод, холод и неописуемый страх… Прямо жду, не дождусь».
Когда они добрались до Бартлет-стрит, Колин решил действовать без промедления.
Он распахнул дверцу экипажа, Бейливик тотчас остановился. Балтазар захрапел от такой стремительности, но Колин слишком устал, чтобы тянуть время.
Он прыгнул на тротуар.
– Ну, наконец, мы здесь.
Пруденс моргнула.
– Но мы же не знаем точно, у какого она портного…
Колин скривил губы.
– Может, начнем с лучшего?
Пруденс бросила на него ироничный взгляд и пропустила его к двери заведения. Ее глаза округлились от удивления.
– Лементье? Он стоит настолько дорого, что Шанталь его не заболтать.
– Да, но он знает, кто есть кто и, что особенно ценно, кто кого из себя строит. Я встречался с ним, когда он одевал Мэдди и Мелоди к свадьбе. – Колин взял сонную Мелоди, которая прикорнула возле колен Пруденс. Пруденс отвела взгляд, когда он тыльной стороной руки провел по ее бедру.
Казалось, Колин ничего не заметил.
– Пойдем, Медли. Мы приехали. Здесь есть кое-кто, кому ты очень обрадуешься:
У Эвана было плохое настроение, но он все-таки спрыгнул наземь.
– Опять эти платья, – проворчал он с отвращением.
– Тогда займись Гектором, мистер. Он уже заждался тебя. – Пруденс быстро спустилась вниз до того, как Колин подал ей руку.
Она взяла у него Мелоди, поставила ее на ноги и поправила юбку.
– Кто бы мог подумать, что я когда-либо побываю у Лементье.