Шрифт:
Когда они зашли в магазин, к ним подошел молодой человек, и Колин улыбнулся ему:
– Добрый день, Кэбот. Маэстро дома?
Пруденс с любопытством осматривалась кругом, женская натура ее получала удовольствие от царящих здесь роскоши и элегантности. Комната была со вкусом меблирована и задрапирована тканью, отчасти из функциональных соображений, отчасти для красоты. Шелк, атлас и бархат.
Шиньоны, ленточки, кружевные жабо. Пруденс прижала натруженные руки к груди, чтобы не испачкать красивые предметы.
Мелоди же подобных мучений не испытывала.
– Здорово!
И тут появился хозяин. Небольшого роста, хорошо и аккуратно одетый, лучший портной Лондона, словно видение возник из ниоткуда.
– Сэр Колин! Какой приятный сюрприз!
– Пуговка! – закричала Мелоди и бросилась к маленькому человеку. Лементье засмеялся, нисколько не смущаясь, посадил Мелоди на одно колено, и та крепко обняла его за шею.
– Леди Мелоди, я так рад увидеть вас снова. Как поживает мисс Горди Ева этим утром?
Мелоди ухмыльнулась и по-детски сделала реверанс.
– Горди Еве нужно новое платье, чтобы выйти замуж.
– О! – Лементье задумчиво поднес палец к губам. Потом он достал из кармана шелковый платок и обмотал его вокруг запястья так, словно демонстрировал дамасское полотно герцогине. – Превосходный китайский шелк, леди, для украшения дам из высшего общества.
Мелоди захихикала и взяла платок с королевским поклоном.
– Спасибо, Пуговка. – Она села на корточки и обмотала платок вокруг Горди Евы.
Пруденс мысленно поаплодировала маэстро. Он угодил Мелоди и дал себе возможность поговорить некоторое время в тишине.
– Искусно, – прошептала она.
Острый, оценивающий с головы до пят взгляд Лементье переместился на нее. Пруденс посетила странное чувство, что в первый раз мужчина осматривает ее с такой скрупулезностью.
И видит все не только снаружи, но и внутри.
Выходит, маэстро все знает насчет Шанталь.
– Ей нужно произвести впечатление. Не знаю, у кого она сейчас, но обычно она сопровождает доктора Беннета на лучших вечерах в городе. Не сомневаюсь, что она появится на балу у леди Беверли этим утром. Доктор Беннет – фаворит леди Беверли.
Колин мрачно кивнул:
– Если она поедет на этот бал, то и мы будем там.
Пруденс удивилась:
– Мы?
Колин скользнул по ней взглядом, в котором трудно было что-то прочитать.
– Мы, – повторил он тоном, не терпящим возражений. – Вы прекрасно подражаете речи высшего класса.
В глазах Лементье заиграли огоньки.
– Думаю, у нее получится.
Пруденс открыла было рот, чтобы воспротивиться, но Лементье поднял руку:
– Не волнуйтесь, милая. Я все устрою. Леди Карлтон явилась на последнюю примерку в интересненьком положении. Так что мне пришлось пересматривать весь ее летний гардероб. Одно из ее бальных платьев было почти закончено. Оно будет смотреться восхитительно с вашими великолепными волосами.
– Но…
Бесполезно. Колин и Лементье заняли дружную позицию, и пока она пыталась высказать свое несогласие, они уже все распланировали.
Возможно, она не отнекивалась так яростно, как могла бы. У нее так и не случилось первого выхода, ее первого сезона, а они с мамой продумали его так тщательно.
«Я собираюсь на бал, мама».
С сэром Колином Ламбертом.
Пруденс отлично знала, что нужно несколько дней, если не недель, чтобы подготовиться к такому балу. Она пыталась убедить мужчин в этом, но те лишь безучастно смотрели на нее.
Наконец Лементье покачал головой:
– Милая моя, вполне можно приготовиться к балу и за один день – если кое-кто очень богат. – Он одобрительно посмотрел на Колина. – Очень, очень богат.
Пруденс прищурилась, глядя на Колина.
– Очень-очень? Но у вас платье как у счетовода! А еще вы хотели надуть меня на пять фунтов!
Он ухмыльнулся:
– Вы вечно торгуетесь.
Свинья! Пруденс скрестила на груди руки.
Как скажете, мистер. Вы заплатите мне десять фунтов за то, чтобы я пошла с вами на эту вечеринку, и ни фартингом меньше.
В эту минуту на Колина забавно было смотреть, но Лементье только улыбнулся:
– Просите двадцать, дорогая. Я же сказал «очень-очень».
Глава 33
На этот раз они остановились вовсе не на деревенском постоялом дворе. Колин проводил их в апартаменты, по сравнению с которыми магазин Лементье казался просто монашеской кельей.
Пруденс, совершенно ошеломленная, шла за Колином по тихому золоченому вестибюлю. Одетый в ливрею мальчик взял из ее рук саквояж. Даже Бейливик был вынужден согласиться сдать свою седельную сумку.