— На месте, — сказал я, снимая перчатки. — Пойдем поговорим с капитаном.

Были уже глубокие сумерки, и спущенную нам лестницу я различил с трудом. Ог полез первым, бодро перебирая руками и ногами. Он был рад наконец-то покинуть кабину после долгого перелета.

На палубе нас ждали Гедхер и Ведхал.

— С возвращеньицем! — сказал седобородый гном. — Соскучились?

— Угу. Без тебя очень одиноко, — ответил Ог.

— Чего приехали-то?

— Разговор к капитану.

— С этим будут проблемы. Шкипер и Наива улетели в дальнюю разведку. Вернутся только утром. Но есть Рох. — Гедхер кивнул в сторону мостика. — Поговорите с ним.

Мы поднялись по винтовой лесенке в рубку управления, возвышающуюся над палубой. Рох что-то писал в бортовом журнале, Николас вел расчеты на каббалистической доске и даже не поднял головы, чтобы поприветствовать нас. Папай, расположившись на полу, помешивал серебряной ложечкой кофе.

— Вот так встреча! — удивился он. — Для нас почта?

— Не в этот раз, — улыбнулся я. — Просто хотели поговорить с Севером, но нам уже сказали, что его нет.

— Верно. — Рох обмакнул перо в чернильницу. — Я заменяю капитана и готов ответить на любой из ваших вопросов.

— У нас к нему личное дело. — Ог улыбнулся не менее дружелюбно, чем я. — Извини, Рох, но ты никак не сможешь нам помочь.

Холодные глаза Роха прищурились.

— Секреты? Интересно. Ну, раз я ничем помочь не могу, то не смею вас больше задерживать.

— Да ладно тебе! — беспечно произнес Папай. — Зря, что ли, они летели столько миль? Пусть остаются. Не вышвырнешь же ты их за борт ночью?

— Их демону требуется отдых, — поддержал канонира Николас, все так же занятый каббалистической доской. — Койки мы им найдем.

Роху предложение не понравилось, но он с сомнением буркнул:

— Ладно. Изнанка с вами, курьеры. Надеюсь, вы не зря потратите время шкипера. Занимайте каюту, в которой жили прежде. А утром разберемся, зачем вы здесь.

В которой сообщается о воздушных гостях.

Утром, когда краешек солнца только-только показался над горизонтом, а с океана начали подниматься облака, формируя над ним огромные башни, я уже вышел на палубу, дожидаясь возвращения капитана Севера и Наивы. Дежурила неполная вахта, было пусто и тихо.

Я встал у фальшборта и, облокотившись о перила, стал изучать горизонт. Подошел хмурый Ог, сел на палубу недалеко от меня. Из люка показалась всклоченная голова Ведхала. Шаркая ногами и на ходу протирая сонные глаза, он выбрался на штурмовое крыло и стал чистить зубы, сплевывая воду вниз. Потом ткнул в висящие над нами облака:

— Летят!

Два «Молота глубин» появились в миле от клипера, сделали круг, зашли на посадку со стороны кормы, и захваты подтянули стреколеты к бортам. Наива открыла кабину, помахала нам:

— Я видела «Шершня» под килем. Что вы здесь забыли, ребята?

Я хотел ей ответить, но в этот момент из облаков выпали три черные точки, а следом за ними, правее, еще четыре. Я прищурился, увидел, кто к нам летит, и крикнул одновременно с боцманом и наблюдателями за горизонтом:

— Воздух!!!

Я бросился к пчеломету в тот самый миг, когда на корабле завыла латимера и ее низкий вой объявил всему экипажу тревогу. Рукоятки устройства были ледяными, я коснулся кристалла активации, пробуждая улей, поднял прицел и припал к нему, наведя рамку на ближайший «Клык» маргудцев. Пока еще было слишком далеко для точной стрельбы, и оставалось только ждать.

— Зенитные расчеты! По местам! — раздался рядом со мной голос капитана Севера. — Причальные бригады, полная готовность! Рох! Пожарные команды по периметру!

Он кричал что-то еще, но я уже не слушал.

Первой шла тройка штурмовых стреколетов, и они открыли огонь издалека. В «Гром» полетел целый рой изумрудных трассеров. Замерцали магические щиты, с бака загрохотала легкая пушка, и я, выждав еще три удара сердца, плавно вдавил кристалл в рукоятку.

Пчеломет затрясся, с гулким лязгающим звуком выплюнув из длинных рифленых стволов рой насекомых, и, когда враг пролетал над палубой, огнепчелы, попав ему в днище, взорвались внутри машины. Мимо пронесся «Молот», севший на хвост второму «Клыку», виляя между алых трассеров и голубых «молний» корабельного заградительного огня. Небо мерцало от вспышек, взрывалось огненными астрами, лопалось гейзерами осколков. Оба «Клыка» и две «Мокрицы» маргудцев были подбиты, но три — продолжили движение в нашу сторону.

«Гром» начал резкий разворот с креном, так что мне пришлось цепляться за пчеломет, когда палуба ушла из-под ног. Я ловил прицелом мечущиеся продолговатые силуэты, окутанные коконами щитов, и вот еще одна «Мокрица» ухнула вниз, перевернувшись через голову, а затем оглушительно взорвалась, выпустив на волю демона.

Два оставшихся стреколета подошли к нам на дистанцию выстрела и ударили по клиперу из пушек. Не знаю, что там у них была за начинка, но щит, который должен был выдержать полный бортовой залп фрегата, разлетелся.