–  Тебя пришибли камнем, - объяснил Белснор.

–  За что?
– Сьюзи никак не могла прийти в :ебя.
– Что я такого сделала?

–  Твоей вины тут нет. Очевидно, это был акт насилия, мы давали выход давно накопившейся агрессивности. – Капитан не без труда припомнил, как застрелил Тони Дункельвельта, самого молодого члена экипажа.

«Будем надеяться, он не слишком сердит на дсня, - подумал он.
– Да и с чего бы ему дуться? В конце концов, потакая собственной агрессивности, он прикончил Берта Кеслера.

Мы постепенно перебили друг друга, - подумал капитан.
– Что ж, я надеюсь (и молюсь), что в следующий раз все будет иначе. Должно быть иначе. Хотя, похоже, как и в предыдущие сеансы слияния, эпизод с Дельмаком-0 помог нам избавиться от излишней враждебности».

Он обратился к Баблу, который неуверенно юбирал разбросанную по полу одежду:

–  Доктор, поторопись. Дай, кому что нужно. Анальгетиков, транквилизаторов, стимуляторов… людям необходима твоя помощь. Но… - он иклонился к врачу поближе, - не вздумай давать им наркотики, вызывающие привыкание. Я тебя уже предупреждал.

Бабл сгорбился над Бетти.

–  Миссис Бем, вам нужна химико-терапевтическая помощь?

–  Мне… Нет, думаю, обойдусь.
– Бетти уселась с гримасой боли и вымученно улыбнулась.
– Я утонула. О-хо-хо!
– На усталом лице «колесницы» отразилось облегчение.

Негромко, с мягкой настойчивостью в голосе, Белснор обратился ко всем:

–  Как это ни досадно, нам придется отказаться от помощи этого устройства. Уж очень неприятны побочные эффекты.

–  Зато терапевтическая польза велика.
– Дрожащей рукой Фрейзер поднес к трубке зажигалку.

–  С точки зрения психиатрии.

–  Оно вышло из повиновения, - возразила Сьюзи.

–  Что допускалось заранее.
– Бабл обходил космонавтов, помогая подняться, давая им препараты, которые они просили.
– Мы называем это тотальным катарсисом. Агрессивности, переходящей от человека к человеку, на борту изрядно поубавилось.

–  Надеюсь, от агрессивности по отношению ко мне ты избавился, - сказал врачу Бен Толчиф. Его глаза вспыхнули.
– Если вспомнить, как ты меня…

–  Это корабль, - шепотом повторил Сет.

–  Совершенно верно, - с оттенком иронии в голосе произнес Белснор.

–  О чем ты забыл на этот раз? Может, прочесть лекцию?
– Он подождал, но Сет помалкивал - похоже, еще не оправился от шока.
– Дай ему что-нибудь из амфетаминов, - велел капитан Баблу,

–  чтобы поскорее очухался.

«С Морли всегда так, - подумал он, - приспосабливаемость к замене корабельного быта полиэнцефально-детерминированной реальностью

–  почти нулевая».

–  Ничего, со мной все в порядке.
– Морли устало закрыл глаза.

Кое-как поднявшись на ноги, Мэри приблизилась к нему, опустилась рядом на койку и положила изящную руку на его плечо. Вспомнив о ране, он отодвинулся… и обнаружил, что боль, как ни странно, исчезла. Он бережно коснулся плеча. Здоровехонькое - ни пулевого отверстия, ни сочащейся крови.

«Непостижимо. Хотя, насколько я помню, так было всегда».

–  Дать чего-нибудь?
– спросила жена.

–  А ты как себя чувствуешь?

–  Нормально.

–  За что ты убила Сьюзи? Ладно, пустяки, - поспешно произнес он, видя гримасу злобы на ее лице.
– Не знаю, почему, но меня очень тревожат эти убийства. Чтобы сразу столько смертей… Просто кошмар какой-то. Надо было установить психопредохранитель, чтобы после первого же убийства машина отключилась.

–  Слышал, что сказал Фрейзер?
– спросила Мэри.
– Это было необходимо, между нами накопилось слишком много злобы.

«Теперь я понимаю, почему взорвался тенч, когда мы спросили, что такое «Персус-9», - подумал Сет, - и почему с ним рухнула вся психоконструкция».

Просторная, слишком хорошо знакомая рубка настойчиво протискивалась в сознание. При виде нее Сет ощутил гнетущий страх. Этот мир был для него куда менее приятен, чем… Как бишь его… Дельмак-0.

«Да, точно, - припомнил он.
– Мы взяли произвольную комбинацию из нескольких букв, выданных бортовым компьютером… Смоделировали некую реальность и погрузились в нее. Волнующее развлечение, обернувшееся массовым убийством. Приключение, которого не пережил никто».

Он глянул на ручные часы. Календарик показывал, что в полиэнцефальном слиянии минуло двадцать дней. Целых двадцать суток реального времени уместились в полиэнцефальные сутки с небольшим. Правда, не было восьми лет в Текеле Упарсине, а были всего лишь искусственные воспоминания, внедренные в мозг в самом начале слияния, чтобы придать приключениям достоверность.

«Что же мы еще получили?
– устало подумал Сет.
– Идеальную религию, вот что».

Они ввели в бортовой компьютер «ТЕНЧ 889Б» все, что знали о самых распространенных религиях: христианстве, иудаизме, магометанстве, зороастризме, тибетском буддизме… Иэ этой мешанины данных «ТЕНЧ 889Б» извлек все необходимое для синтеза цельной теософской доктрины.