– Как звать? – осведомился чародей. – Надеюсь, мое имя тебе известно? – добавил он после того, как Юсуп представился. – Ибо меня знают многие в Назараде, хоть и не все догадываются, кто я есть на самом деле. Ты вот, к примеру, знаешь?

– Вы чародей, – сказал Юсуп. – Mожете рассказать все о человеке, о котором вас попросят.

– Ты за этим и пришел?

– Совершенно верно.

– Кто? – чародей был краток и прям. Юсуп даже немного растерялся и поэтому ляпнул не то имя, которое задумал заранее:

– Аиша!

– Герцогиня? Жена досточтимого герцога Влада Дракулы, пусть будет ему пухом земля?

– Она самая, – согласно кивнул Юсуп. – Узнать хочу – что она собой представляет, кем является? Человеком али демоном во плоти?

– Для чего это? – Андропополюс подозрительно сощурил левый глаз, который, правда, смотрел не на Юсупа, а куда-то в сторону, за его спину.

– У меня отца на днях упырь заел, – сокрушенно вздохнул Юсуп, пытаясь даже выдавить из себя скупую мужскую слезу (не получилось). – Говорят, она, окаянная, во всем виноватая. Видели ее там – всю в крови, да на метле летающей!

– Очень может быть, – сказал грек. – Сколько дашь?

– Чего? – не понял Юсуп.

– Золотом беру, – предупредил чародей, – серебро – скрепя сердце, а на медь не гляжу даже! Что предлагаешь?

– Золото, – слегка опешил Юсуп. Нетрудно было догадаться, что столь именитый маг не будет растрачиваться на серебро и медь.

– Золото – оно верней! – кивнул грек. – Двадцать золотых – и по рукам!

– Двадцать? – картинно ужаснулся Юсуп, хотя в кармане в кожаном мешочке у него лежало раз в пять больше, и шепотом добавил: – Да я ж обнищаю вконец!!

– Тебе отца не жалко? – сурово надавил на самое чувствительное Андропополюс.

– Жалко, – сознался Юсуп. – Пятнадцать золотых – это как-то по-божески…

– Восемнадцать! – твердо сказал грек недрогнувшим голосом.

– Шестнадцать!

– Э-э-э, ты меня так совсем без пищи оставишь, – произнес чародей. – Думаешь, все это даром достается, да? – широким жестом он обвел комнату, но Юсуп не понял, что Андропополюс имел в виду – глиняные горшки с банками или чучело шестирукой обезьяны?

– Все это за золотые покупается! А еще самому кормиться надобно!… Семнадцать и точка!

– По рукам! – Юсуп извлек из кармана мешочек, отсчитал семнадцать золотых и положил их на стол перед греком. Чародей, если и удивился столь огромному количеству денег, виду не подал, продолжая смотреть мутным взором куда-то вдаль. Его крючковатый нос оставался недвижим и параллелен столу.

Лишь когда Юсуп замотал мешочек и убрал его обратно в штаны, грек цепко сгреб монетки себе на колени и соизволил сконцентрировать взгляд на Юсупе.

– Извини, проситель, но об Аише ничего сказать не могу!

– А!… Как же… ж… деньги-то? – воскликнул Юсуп, захлебываясь словами.

– Видишь ли, мы, греки, о женщинах – либо хорошо, либо ничего! – Коротким взмахом руки Андропополюс остановил сорвавшегося было в его сторону Юсупа. – А об Аише мне вообще ничего не известно! Туманом покрыто все об ней. Может, она и вампир, а может, дочка какого чародея, который следит за ней и не дает распространяться негативной информации!

– Горло порву! – грозно процедил Юсуп, силясь высвободиться из сковавших его заклятий.

– Не сомневаюсь. Ты вон какой сильный малый! – Грек аристократически, но ехидно улыбнулся. – Предлагаю сделку. Я рассказываю тебе о ком-нибудь еще, но денег не возвращаю. Идет?

Юсуп ответил нечленораздельными ругательствами. Андропополюс терпеливо выслушал их, заткнув уши тонкими указательными пальцами, а затем повторил свой вопрос.

– Идет, старый вымогатель! – немного успокоившись, выдохнул Юсуп. В конце концов, он и хотел изначально узнать совершенно о другом человеке.

В тот же миг заклятия слетели с него, и Юсуп вновь рухнул на табуретку, которая под внезапно обрушившимся на нее весом крякнула и рассыпалась в труху. Юсуп долго барахтался на скользком от ила полу, сдерживая позывы рвоты. Руки его тотчас стали зелеными и дурно пахнущими.

Только спустя несколько минут Юсуп смог ухватиться за стол и принял более-менее вертикальное положение. Чародей Андропополюс все это время молча сидел и не подавал признаков жизни. Но глаза его были открыты, а грудь вздымалась и опускалась в такт ровному дыханию.

– Волнение – порок! Ведет к быстрой и не очень приятной смерти! – сказал чародей, стоило Юсупу вновь сконцентрироваться на его особе.

– Алчность тоже! – заметил Юсуп, дыша ртом.

– Алчность – вероятно! Но не здоровое желание жить хорошо! – парировал, как ни в чем не бывало, чародей.