– Что-то надумали, Александр Павлович?

Трудно привыкать к видоизмененному имени-отчеству, но раз я называюсь сыном генерала Осташева, то придется менять отчество. Отец извини меня, я тебя не забуду, но так нужно для дела.

– Да есть мысли, Игорь Генрихович. Как я понял, по горячим следам ничего найти не удалось и опять преступники ушли безнаказанными…

Стеблов согласно кивнул головой.

– Это очевидно, но вот вы, что-то надумали.

И тут он, воровато оглянувшись по сторонам, уже другим тихим голосом, как бы умоляя, сказал:

– Александр Павлович, помогите. Я знаю, что вы неплохой человек и совершенно не тот, за кого себя выдаете, но сейчас на кону стоит не только моя карьера. Погибли люди и если мы в скором времени не найдем преступников, меня ждут неприятности вплоть до отставки, это в лучшем случае. Если не поможете, то кровь будет литься дальше, и так уже весь уезд напуган.

Я почему-то ему поверил. Ну, хорошо, да и мне самому интересно.

– Игорь Генрихович, давайте тогда в открытую. Вы действительно офицер корпуса жандармов присланный из Санкт-Петербурга?

– Да, меня прислали выяснить на месте ситуацию с письмом городничего Маркелова, и так получилось, что мне поручили взять на себя расследование истории с ограблениями и убийствами, с которыми не могли справиться местные господа. А тут погибли полицейские чины, и преступники буквально насмехаются над нами. Тульское отделение корпуса жандармов мною было отстранено от расследования…

– Дальше можете не продолжать. Решили проявить себя, пошли ва-банк и завязли, столкнувшись со сложностями, и сейчас хватаетесь за соломинку…

Ему очень не понравилось, что я так открыто говорю про его слабость, и чтоб не испортить отношения, я постарался исправить ситуацию.

– Не беспокойтесь, я вас не осуждаю и не насмехаюсь. Был шанс и вы им попытались воспользоваться, вот только дело не совсем вам по зубам, тут такие силы задействованы, поэтому ваши ВРЕМЕННЫЕ неудачи, - я специально выделил слово 'временные', чтоб он понял, - результат не совсем правильной оценки ситуации, поэтому в моих интересах вам помочь - вы неплохой человек. Тем более мне просто интересно.

Он, удовлетворился моим ответом, и уже деловито спросил:

– Ваши соображения?

– Первое. Сколько у вас вот таких цилиндриков?
– я подкинул гильзу в руке.

– Эта третья такого размера и есть одна меленькая.

– О как. И какая?

Он порылся в кармане и достал знакомую гильзу от пистолета ТТ.

– Хм. Все интереснее и интереснее. А сколько людей было убито такими необычными пулями?

– Двенадцать.

– А вы сами думали, что это может быть?

На его лице на мгновение мелькнула гримаса раздражения, но он быстро взял себя в руки.

– Александр Павлович, вы же прекрасно знаете, что это часть единого целого. В этом цилиндрике хранится порох, да и пуля, извлеченная из тела, как раз сюда неплохо подходит. Весьма интересная конструкция. Хватит говорить загадками, не томите.

– Хорошо. Это называется унитарный патрон. Калибр три линии, в привычной мне метрической системе, он называется винтовочный патрон 7,62х54. Применяется в нарезном боевом и охотничьем оружии. Это экспериментальные и абсолютно секретные образцы и в России их никак оказаться не должно было.

– Ого. Так может нам искать вашего соотечественника?

– Я русский, и этим все сказано. А вот вам нужно делать следующее: выяснить, не появлялись ли в этом уезде, либо в соседних, человек или люди, в необычной одежде. Об этом должна была бы просочиться информация. Это ключевой момент. Можно попробовать навести справки через священнослужителей. По идее наши противники не сильно религиозные и должны были бы этим привлечь внимание крайне набожного местного населения.

Стеблов стоял и молча слушал мои рекомендации.

– Вы думаете, что это они?

– Вполне реально. Один факт, что они стараются в некоторой степени скрыть использование во время грабежей нового оружия, наводит на размышления.

– С чего вы это взяли?

– А вы посчитайте количество гильз и количество убитых этим оружием и поймете: они собирают гильзы. И то, что вы нашли, видимо были потеряны из-за спешки. Все это говорит, что это не простые люди и прекрасно осознают, что могут привлечь к себе особое внимание.